Книга Тринадцатый шаг, страница 173 – Мо Янь

— Малая Мань, это крольчиха, черная самка, вдовствующая распутница!

Девушка распахивает полные печали серые глаза и смотрит на крупную в талии, крупную в крупе, крупную в бедрах, мелкую в ногах, мелкую в шее Лю Цзиньхуа. Шелест-шелестит тело девчушки от дрожи внутри балахона. Изогнутый большой рот ее складывается в полумесяц.

Ты безвольно наблюдаешь за тем, как Лю Цзиньхуа злобно протыкает щупом черному кролику задний проход, ощущаешь, как порывистые конвульсии охватывают нижнюю часть твоего тела. Пронзает она крольчиху, а глядит на тебя, пока не пронзает настолько, что ноги подгибаются и ты оседаешь на пол.

Девчушка поглаживает запачкавшуюся свежей кровью кроличью шкурку и со всхлип-всхлипом плачет.

В этот момент подходит бойкий начальник цеха. Окидывает он тебя взглядом и ничего не говорит. Ты видишь, как он осматривает испорченную шкуру кролика. Начальник треплет девчушку по головке и говорит:

— Да не плачь, кролик не тебе зачтется. – Он снимает крольчиху с крюка, кидает ее под ноги Лю Цзиньхуа. И заявляет: – И сказал Господь: «Настанет день, и воздам я кару за все твои прегрешения»!

Лю Цзиньхуа озлобленно глядит в красивое и молодое лицо начальника цеха и буль-булькая себе под нос перевешивает черного кролика к себе на крюк.

Начальник цеха говорит:

— Ту Сяоин, секретарь партячейки просит тебя на минутку к себе в кабинет.

Он подтягивает тебя за руку.

Ты слышишь скрежет зубов Лю Цзиньхуа и звук шарящего во внутренностях черного кролика щупа.

Ту Сяоин предупредительно стучит в дверь к «комиссарке».

Из комнаты не доносится ни звука, но дверь медленно открывается. Комиссарка упирается рукой о стол, изучает тебя сквозь съехавшие на кончик носа очки в золотой оправе для дальнозорких.

Ту Сяоин снова ощущает, как глаза мамаши сдирают с нее всю кожу, и чувствует взмах за взмахом острую боль в нижней части тела.

Кивает комиссарка, призывая тебя в кабинет, прикрывает она дверь за тобой, ковыляя возвращается и усаживается на стул. Ты встаешь напротив стола, смущенно наблюдаешь, как она платочком из красного шелка протирает рот в белых складках. Колышутся ее серебристые волосы, дама выглядит безмятежной и серьезной.

Металлическим щупом она буравит черной крольчихе влагалище и брюхо. Первый прилив пота у тебя выступает подмышками.

Комиссарка слегка сдвигает очки вверх и тихо говорит:

— Мне очень грустно, что учитель Фан ушел…– Она щупом прознает крольчихе вульву. Она отпивает немного чая из термоса, достает платочек из белого шелка и утирает влажный и ослепительно красный, как два лепестка, рот, продолжает: – Жизнь у него вышла заурядная, но одновременно великая, достойной смертью он пал, после его кончины на нашем школьном заводе сильно выросли продажи, так что все ведущие кадры, учителя, сотрудники и ученики средней школы №8 должны быть благодарны учителю Фану.– Она вручает тебе новейшую банку кроличьих консервов. Ты замечаешь, что прежнюю светло-желтую этикетку поменяли на розовую, в верхнем правом углу которой отпечатан белый кружок, а в белый кружок заключена голова Фан Фугуя. Молча разглядывает он тебя из белого круга. Она ершом прокалывает кожу на ножке крольчихи, вставляет в ранку трубочку для подачи воздуха. Разбухает крольчиха, отделяется кроличья шкурка от кроличьего мяса. Она говорит: – При любых обстоятельствах надо хранить веру в народное чувство справедливости, народ проявляет большое участие к делам образования.– Ты видишь золотисто-желтую надпись на этикетке: «Убедительно просит вас павший за кафедрой выдающийся народный учитель: купите баночку богатой питательными веществами крольчатины превосходного качества во имя прямо сейчас получающих образование в наших средних школах ребятишек!» Она одним ударом ножика распарывает брюхо черной крольчихи, плавно сползает вниз черная кроличья шкурка. Ты хватаешься за край стола, а банка крольчатины падает на бетонный пол и со скрежетом лопается. Розовое кроличье мясо разрывает розовую этикетку. Лицо Фан Фугуя поглощает кроличье мясо. Розовый кроличий сок течет по полу, голова Фан Фугуя напивается кроличьим соком.