Онлайн книга «Тринадцатый шаг»
|
Он говорит: — Понимаю я, понимаю. Раньше или позже приведут меня в порядок – все одно, я же – бедный учитель средней школы, и в смерти нет у меня смелости рваться поперек вице-мэра Вана, к тому же он, считай, мне благодетель, о том в городской газете сообщали. Еще в машине директор школы мне говорил, что и без того уже нарушили заведенный порядок, доверив меня Вам, вероятно потому, что вчера был День учителя. — День учителя был позавчера! – вставляет дрожащий за углом стены Чжан Чицю. – По тебе панихиду собирались провести… Ай-ай, ты же мертвый! — А чего такого страшного в мертвых? – укоризненно заявляет косметолог мужу. – Доктор Оуян Шаньбэнь утверждает же, что границы между жизнью и смертью вовсе нет. На вид ты вроде как живой, а может давно уже как мертвый; все решили, что он помер, а может он еще жив? Что ты напрягся? Ужас слегка отпускает Чжан Чицю, мы видим, как начинают расслабляться мышцы его лица, изо рта у него больше не льется слюна. — Учитель Фан, Вы возвращались бы. Выйду я сегодня на работу и сразу вами займусь, – обещает косметолог. – Или, может, зайдете сначала повидать Ту Сяоин с детьми? После операции возможности такой не будет. — Не-не-не… – почти срывается на крик Фан Фугуй, – я не могу с ней видеться… Она меня боится… — Ну это совершенно нормально, – говоришь ты, – не зря в Китае говорят, что «человек в смерти что тигр, тигр в смерти что баран». — Вот по этой самой причине я тебя и боюсь. – Чжан Чицю выходит из-за стенки, в голосе его необъяснимым образом звучат непреклонные нотки, словно в слова просочилось пренебрежение живых к мертвым. — Ты бы стул учителю Фану подставил! – бросает косметолог Чжан Чицю. — Не нужно, не нужно, – говорит Фан Фугуй, махая рукой. – Я весь в извести перепачкался, даже сам чую мертвый смрад от себя. Чжан Чицю смеряет взглядом Ли Юйчань и говорит: — Старина Фан, ну к чему такие церемонии! Мы же больше десяти лет в одной учительской просидели, как тут можно тяготиться друг другом? — Я в морозильной камере подхватил трупный запах… — У нас дома в стенах тот же запах. – Чжан Чицю подхватывает тот стул, на котором он прежде сидел и проверял пробные экзамены, и предлагает его Фан Фугую. Тело того с особой осторожностью опускается на уголок стула. Он замечает, что Чжан Чицю пошел к плите варить кашу. Он видит, как Ли Юйчань подхватывает из-под парализованной матери ночной горшок и уходит в далекую уборную освобождать судно от кала и мочи. Он слышит, как громко зубрят голоса в стенной нише. Он слышит, как всхлипывает женщина за стеной. От этого плача ему на сердце становится тяжело. Чтобы отделаться от сердечной боли, он поднимается – сосредоточенно идет, чтобы не обронить на пол ни кусочка уже начинающей трескаться известки и не доставить никому излишних хлопот и беспокойства – подходит он к столу, вытаскивает пробный экзамен. Ван Дунхун – круглое лицо, узкие глазки… Не вышедшая внешностью девочка… Второе место на общегородском школьном конкурсе физики… «Ускорение силы тяжести на Луне составляет 1/6 от показателя на Земле, где на красную веревку можно подвесить предмет до двух килограммов. Предмет какой массы можно будет подвесить на той же красной веревке на Луне? При горизонтальном перетаскивании по Луне той же красной веревкой предмета весом два килограмма максимальное ускорение составит (без учета силы трения)». |