Книга Смерть пахнет сандалом, страница 144 – Мо Янь

— Вы, молодые военные, получив японское или западное образование, сразу задираете нос, одно бахвальство, чуть откроете рот – одни нелепые рассуждения из него летят. – Между делом Юань Шикай выстрелил в расстилающиеся перед ним поля. Из дула закурился дымок, в воздухе запахло порохом. Юань поднял другой пистолет, выстрелил в воздух, пуля с громким свистом улетела в небеса. Отстрелявшись, Юань холодно произнес: – На самом деле пистолет – это пистолет, никакая он тебе не женщина и тем более не мать.

Продолжая стоять навытяжку, Цянь Сюнфэй опустил голову:

— Благодарю ваше превосходительство за учение, готов переменить мою точку зрения. Правильно вы говорите, пистолет – это пистолет, никакая не женщина и тем более не мать.

— Не надо карабкаться вверх по моему шесту. Сравнение пистолета с матерью для меня неприемлемо; а вот в сравнении его с женщиной какая-то доля истины есть. – Юань Шикай бросил ему пистолет: – Насладись вот этой дамочкой. – Цянь Сюнфэй вытянул руку и выхватил оружие из воздуха, словно живого попугая. Юань Шикай бросил ему и второй пистолет: – Насладись еще одной, экие сестры-красавицы! – Цянь точно так же поймал и второй пистолет. С двумя пистолетами в руках он ощутил, как заиграла в жилах кровь. Юань Шикай стрелял из них как-то наплевательски, словно неотесанный мужлан лапал юных сестер-близняшек. Сердце в тот момент сжалось от боли, но ничего с этим поделать было нельзя. Сжав золотистые пистолеты в своих руках, он ощутил, как они подрагивают, услышал, как они постанывают, а еще ощутил их привязанность, в глубине души он действительно отказался от подхваченных у кого-то слов, сравнивающих оружие с матерью. Оружие надо сравнивать все же с юной девой-красавицей. Беседа дала понять, что Юань Шикай не только в военных делах разбирается, но и имеет широкие познания в других областях.

— Стреляй, а я посмотрю, – сказал Юань Шикай.

Цянь продул оба дула, положил пистолеты на ладони и несколько секунд рассматривал. Они посверкивали под солнцем. Бесспорно, сокровища среди пистолетов. Он сделал пару шагов вперед и, почти не целясь, будто произвольно, быстрее, чем за полминуты, сделал с обеих рук шесть выстрелов подряд. Вернулся побежавший за мишенью охранник и положил ее перед Юань Шикаем. В центре мишени были видны лишь шесть отверстий, аккуратно сложившиеся в цветок сливы. Все в окружении Юань Шикая захлопали.

— Хорошо стреляешь! – На лице его превосходительства Юаня наконец-то появилась искренняя улыбка. – Что хочешь за это?

— Позвольте мне стать владельцем этих пистолетов! – твердо заявил Цянь.

Уставившись на него, Юань Шикай на мгновение замер, потом вдруг громко расхохотался и сказал, отсмеявшись:

— Тогда уж сразу будь им мужем!

На этом месте воспоминаний Цянь погладил висящие на поясе золотистые пистолеты, похолодевшие от ледяного ветра. Гладил и подбадривал: не бойтесь, мои хорошие. И умолял: красавицы вы мои, помогите мне! Когда завершим это дело, меня могут убить, но память о золотистых пистолетах сохранится на века. Он чувствовал, как они начали теплеть. Все верно, пистолеты мои, будем терпеливо ждать, ждать, пока прибудет наш сановник, в будущем году в этот день у него будет годовщина. Отряд конников за спиной еще больше заволновался. Всадники основательно продрогли и проголодались, как и их скакуны. Ледяным взором Цянь окинул офицеров с обеих сторон. Они выглядели отвратительно, казалось, вот-вот свалятся с коней. Лошади нервничали, со ржанием кусали друг друга, беспокойство не прекращалось, накатывая волна за волной. Небо мне в помощь, думал он, все выбились из сил, и, когда внимание ослабнет, настанет прекрасная возможность действовать.