Книга Арлекин, император Луны, страница 118 – Анна Малышева

— Минут через пятнадцать будем. — Голос Романа оторвал ее от невеселых размышлений.

Она повернулась к Рябченко:

— Извините, вы с банковскими приложениями дружите? Я тут сдуру заблокировала свои карты. У меня карты… Куда-то делись. А деньги-то нужны. Хочу попросить вас об одолжении. Может, разблокировать мои карты, деньги перевести на вашу карту и снять в банкомате? Там немного.

Актер задумался на миг и кивнул:

— Можно.

Александра протянула ему телефон с открытым банковским приложением. Роман ощутимо заерзал.

— Вы меня извините, я не подумал, в какой вы ситуации оказались! — выпалил он. — Я вам дам денег, сколько потребуется!

— Не надо! — резко ответила Александра. — Справлюсь.

— Теперь нужен банкомат. — Рябченко вернул телефон Александре. — Сейчас поселок будем проезжать, там возле станции есть.

Через несколько минут крайне недовольный Роман подвез их к кассам железнодорожной станции, возле которых, среди киосков с быстрой едой, действительно, обнаружился банкомат. Рябченко вышел и вскоре вернулся, вооруженный огромной шаурмой и банкой колы. Усевшись в машину, он полез во внутренний карман куртки и протянул Александре деньги:

— Ваши.

— Не знаю, как вас благодарить, — вздохнула она, пряча тощую пачку наличных. — Идиотская ситуация…

— Да не о чем говорить, — отозвался актер. — У меня вся жизнь — одна сплошная идиотская ситуация. Сейчас первый поворот направо, за стадион, дальше прямо, через речку.

Последние слова адресовались Роману.

Дождь, который все время их пути то лил безостановочно, то едва накрапывал, сейчас прекратился. Темные тучи низко висели над дачным поселком, в затопленных сливных канавах по обочинам дороги высоко стояла вода. У знакомых перекошенных ворот Рябченко сделал знак остановиться и машина встала.

— Спасибо. — Александра открыла дверцу. — Роман, вы можете уезжать.

— Но как же?! — возмущенно запротестовал было тот. — Мне Максим Юрьевич велел весь день…

— Не нужно, уезжайте! — отмахнулась Александра. — У меня другие планы.

Рябченко уже высадился. Дожевывая шаурму, он оглядывал въездную аллею, ведущую к калитке.

— Уезжайте! — настойчиво повторила художница. — Я вызову такси.

Роман бросил на Рябченко взгляд, который мог бы напугать актера, если он его поймал. Но тот разглядывал высокую траву, забившую подход к калитке.

— Пора бы покосить, — заметил Рябченко, комкая пакет из-под шаурмы и делая последний глоток колы из банки. Банку и промасленный комок бумаги он швырнул в сливную канаву. — Я раньше косил…

— Так я поехал? — уточнил Роман.

— Да, занимайтесь своими делами! — резче, чем хотела, ответила Александра.

Почесав кепку, Роман повернул руль. Внедорожник неуклюже развернулся, задев край канавы, и медленно поехал прочь. Раздался лязг — Рябченко справился с замком и снял с ворот ржавую цепь. Распахнул створки:

— Идемте!

Пока они шли к калитке, брюки художницы, исхлестанные высокой травой, вымокли до колен. Рябченко отпер калитку и обернулся:

— Все-таки незаконно это!

— Мы действуем в интересах Людмилы Сергеевны! — напомнила ему художница. — Она меня нанимала для того, чтобы я нашла что-то ценное на продажу. И я очень надеюсь, что нашла! А противозаконную вещь вам предлагал Дидье. Я больше скажу… Вы, может быть, спасли себе жизнь тем, что не согласились на его махинацию.