Книга Юрист с Рублёвки. Том 4, страница 122 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

Коган молчал.

— Полину верни, — вдруг сказал он. — Полину верни до пятницы. Тогда подпишу.

Я усмехнулся.

— Полина работает у меня по своей воле. Хотите — позвоните ей прямо сейчас.

По его лицу было понятно: как бы он ни хотел, племянница его просто нахрен послала бы. Так что я всё сделал сам — достал телефон и набрал Полину.

— Полин, привет. Я у «Палыча», тут твой дядя и Денис. Дядя хочет с тобой поговорить. Скажешь ему сама?

— Скажу, — ответила она, не раздумывая.

— Включаю громкую.

Я положил телефон на стол, между мной и Коганом. Нажал кнопку.

— Полиночка! — Голос Когана дрогнул. — Полина, послушай. Ты… ты вернёшься? Я… я всё забуду. Я прощу. Я…

— Дядя Семён. — Голос Полины был ровный. — Я не вернусь.

— Полин…

— Я выбрала! Всё! Отвали! Я работаю у Алексея Дмитриевича. Это — моё решение. Моё. Понял? Можешь что угодно говорить моей маме, но, несмотря на то что она твоя сестра, она поддерживает любое моё решение!

Коган молчал.

— Понял? — повторила Полина.

— Понял, — выдавил Коган.

— До свидания, дядя. И больше не звони.

Она сбросила. Я убрал телефон в карман.

Коган сидел неподвижно. Денис — рядом, опустив глаза в стол. Официант подошёл, спросил — будете заказывать? Я сказал — нет. Он ушёл.

— Семён Борисович, — я заговорил первым. — Полина сказала. Больше тут не о чем. Подписываете три бумаги и расходимся. Не подписываете — я выхожу отсюда, иду в полицию, и завтра утром ваша фамилия — в заявлении у дежурного. Ваш выбор.

Коган посмотрел на меня. Потом — на Дениса. Денис не поднял глаз.

— Дай бумаги, — сказал Коган.

Коган читал долго. Минут пять. Потом — подписал. Все три, каждое в двух экземплярах. Одно за другим. Рука у него дрожала.

Свои экземпляры я забрал и положил в портфель. Вторые подвинул Когану — с моей отметкой о получении, подписью и печатью практики. Коган сгрёб их не глядя и ушёл. Денис — следом.

В офис я вернулся к пяти. Скан третьего письма в тот же час ушёл Рудневой, оригиналы легли в сейф.

Вечером я сидел у себя в кабинете. Вера — у приставного, добивала договоры по «ФармЛогик». Катя ушла в шесть. Нина — следом. Полина задержалась — что-то искала в ноутбуке. В общем, было совсем уж тихо, типичный рабочий вечер.

Без четверти семь пришло письмо. От юриста Тихонова — на офисную почту. Катя, перед уходом, предупредила: «Если что — я утром первой посмотрю». Но я не стал ждать утра. Открыл сам.

Письмо было длинное. Я прочитал первый абзац, потом второй, потом — развернулся к приставному.

— Вер, — сказал я. — Иди сюда, посмотри.

Вера поднялась, подошла. Я развернул ноутбук к ней.

Письмо было — лучше, чем я надеялся. На прошлой неделе, во вторник, Тихонов отвечал нам по почте, через юриста: и про «С. А.», и про ящик SA_consult, и про Гурьева, который свёл его с «нашим консультантом по финансовым вопросам». Теперь юрист прислал те же ответы оформленными — на бланке бюро, с датой и за подписью самого Тихонова. Не переписка, а документ. И одна новая строчка в конце:

«Готов дать пояснения в суде лично, если суд сочтёт это необходимым».

— Подписал всё-таки. — Вера дочитала и выпрямилась. — Сам, не юрист за него.

— Значит, понял, куда всё идёт. Во вторник он ещё прикрывался «судебным запросом». Теперь — сам предлагает прийти.

— Или юрист посоветовал ему выйти свидетелем раньше, чем его позовут соучастником.