Книга Одиночка. Том 8, страница 48 – Дмитрий Лим

За ним шли двое помощников с планшетами, трое военных в форме без знаков различия и…

Ревизор.

Он был… обычным. Вот что пугало больше всего. Не двухметровый громила в броне из хитина и костей. Не красноглазый демон с рогами. Обычный мужик. Лет тридцати пяти. Среднего роста. Худощавый. Волосы мышиные, лицо — такое, которое забудешь через секунду после того, как отвернёшься. Джинсы. Черная водолазка. Кожаная куртка. Он мог бы быть бухгалтером, таксистом, учителем физики.

Но когда он вошёл в холл, температура упала на пять градусов. Не метафорически — буквально. Моё Восприятие взвыло, как сирена при ядерной атаке. Моя Искра Пустоты пульсировала в груди, предупреждая об опасности. Аура Ревизора была… отсутствующей. Как чёрная дыра. Она не излучала, не поглощала — она просто была. И это «была» весило больше, чем мой особняк.

«Саня, — голос Тишины стал очень тихим и очень серьёзным. — Это не просто S-ранг. Управление прислало калибратор. Тот, кто настраивает Систему. Тот, кто решает, какой мир жив, а какой — мёртв. Ты не можешь с ним драться. Пока не можешь».

Я сделал глоток воздуха, который вдруг стал густым, как кисель, и шагнул вперёд.

— Доброе утро, — сказал я, окидывая делегацию взглядом. — Могу я узнать, по какому поводу меня удостоили чести принимать московскую комиссию в семь утра? Кофе не предлагаю — вы его всё равно не дождётесь.

Мужчина в сером костюме снял очки и протёр их платком.

— Александр Сергеевич Громов, — произнес он голосом, который идеально подходил к его лицу — ровным, лишённым интонаций, как запись автоматического ответчика. — Я — Степан Аркадьевич Куликов, уполномоченный представитель Межрегиональной комиссии по контролю системных аномалий при Федеральном Совете. Мы прибыли по поручению Москвы для проведения инспекции ваших активов, оценки операционной деятельности в зоне ответственности и решения ряда вопросов, связанных с системными инцидентами в Ленинградской области.

— Каких инцидентов? — я скрестил руки на груди.

— Инцидент в Гатчине, — Куликов надел очки обратно. — Энергетический выброс, эквивалентный тактическому ядерному удару, был зафиксирован всеми сканерами страны. Инцидент в Подвязье, где был обнаружен и нейтрализован Обратный Разлом класса А нетипичной конфигурации. И, наконец, инцидент с гражданкой Романовой, которая была классифицирована Системой как «аномалия» и…

— Стоп, — я поднял руку. — Откуда вы знаете про Романову? Это произошло меньше двенадцати часов назад.

Куликов улыбнулся. Улыбка была тонкой, как бритва, и такой же теплой.

— Александр Сергеевич, мы — Комиссия. Мы знаем всё, что касается системных аномалий на территории Российской Федерации. Включая те, что создаются S-ранговыми носителями, которые почему-то решили, что могут играть в Бога без лицензии.

Повисла тишина. Колумбиец у входа перестал жевать и потянулся к мачете. Ус чуть сместился, перекрывая линию огня.

— Куликов, — сказал я, медленно чеканя слова, — вы в моём доме. И вы обвиняете меня в том, что я спас девушку. Хотите уточнить формулировку, или так и запишем?

— Я не обвиняю, — Куликов развёл руками. — Я констатирую. Гражданка Романова Мария Евгеньевна, была инфицирована фрагментом Золотой Нити — артефакта Управления, который используется для мониторинга и стабилизации системных процессов. Вы, Александр Сергеевич, извлекли этот фрагмент и заменили его… — он заглянул в планшет, который поднёс помощник, — … собственной манной, классифицированной как «Искра Пустоты». Класс опасности: неизвестен. Класс аномалии: Х. Согласно протоколу Управления, любые объекты, заражённые аномалией класса Х, подлежат немедленной изоляции и изучению.