Книга Рожденный, чтобы жечь! 1, страница 118 – Дмитрий Лим, А. Никл

— … видимо, экспериментальное лечение дало свои плоды, — неожиданно молвил врач.

«Ага, как же. Твоё лечение вообще никогда не работало, — я натужился, издал небольшой звук. — Ну чего, кто ты там у нас всё-таки?»

Волков вытер платком лоб, и я заметил, как дёрнулся его галстук. Ну точно, нервничает! А я тут, как ни в чём не бывало, сижу и пускаю пузыри. Маскировка, чтоб её!

С каждым разом, когда Волков пытался вернуть черноту, я чувствовал себя всё более измотанным. Энергии у ребёнка, как известно, не так уж и много. Но я понимал, что не могу сдаться. На кону стояла жизнь этой женщины, да и, возможно, не только её. Кто знает, сколько ещё людей этот врач обманывал и калечил?

Время тянулось мучительно медленно. Врач продолжал говорить какие-то ничего не значащие слова, Боря внимательно слушал, а я, собрав остатки сил, готовился к следующей атаке. Я чувствовал, что Волков тоже на пределе. Его лицо стало землистым, руки дрожали. Он понимал, что терпит поражение, но не хотел сдаваться.

В какой-то момент мне показалось, что он вот-вот сорвётся. Но вместо этого он вдруг замолчал, тяжело дыша. Затем медленно поднял глаза на Борю и произнёс:

— Знаете, я тут подумал… Может быть, стоит сделать перерыв в лечении? Понаблюдать за динамикой. Вдруг организм сам справится.

Боря удивлённо посмотрел на врача. Такое предложение показалось ему странным, особенно после того, как Волков так настойчиво предлагал усилить дозировку.

Но я знал, что на самом деле произошло. Волков просто понял, что проиграл. Он больше не мог навредить этой женщине, пока я рядом. И решил отступить, чтобы перегруппироваться и придумать новый план. Но я был уверен, что не дам ему ни единого шанса.

Только вот, я ошибался. Этот полный проныра оказался тем ещё гадом.

— У вашего племянника, — он, улыбаясь, заговорил с Борисом, — что-то с лицом. Он не болен ли случайно?

Боря нахмурился. Волков сделал шаг в мою сторону, а его глаза загорелись красным. Как у того странного мужика в подворотне. Как у одноклассника Бори.

Волков навис надо мной, а его взгляд, преисполненный злобой и какой-то дикой жаждой, прожигал насквозь. Я попытался отстраниться, отползти назад, но тело слушалось плохо. Слишком много энергии ушло на борьбу с его мерзкими потугами.

И тут я понял, что он не просто врач. И даже не просто маг. Он что-то гораздо хуже. Что-то тёмное и опасное.

Боря, кажется, тоже заметил перемену в поведении Волкова. Его лицо исказилось от непонимания и тревоги. Он попытался что-то сказать, но врач его перебил, не сводя с меня глаз.

— Да-да, с ребёнком что-то не так, — прошипел Волков, его голос стал хриплым и зловещим. — Он забирает… Он мешает…

Боря шагнул вперед, пытаясь загородить меня собой. Но Волков был быстрее. Он попытался оттолкнуть его в сторону одной рукой, а второй потянулся ко мне, скрючивая пальцы:

— Я знал, что дело в тебе, маленький мальчик… это ты мне мешаешь пожирать энергию этих вонючих людей.

Боря даже не пошатнулся, а лишь вопросительно посмотрел на Волкова, будто спрашивая: «Это всё?»

Врач, казалось, и сам не ожидал такой слабой реакции. Он нахмурился и попытался повторить толчок, но на этот раз Боря был готов и просто подставил плечо, пробурчав:

— Чё-т ты меня напрягаешь.

Затем прозвучал хлопок. Лещ, которым Боря наградил врача, был такой громкий, что, казалось, звук эхом отразился от стен этой комнатки, разбудив даже мумию фараона, завалявшуюся где-то в подсобке.