Книга Рожденный, чтобы жечь! 3, страница 7 – Дмитрий Лим, А. Никл

Но тут же продолжил колотить нечисть, воспользовавшись моментом. Лена, оценив ситуацию, быстро сообразила, что к чему, и начала прицельно направлять пепельницу в тех, кто находился под моим ментальным воздействием.

Тётя Клава, увидев, что происходит, издала жуткий, утробный рык, больше похожий на предсмертный хрип гигантского слизня. Она бросилась на Петрову, размахивая ножом. Колдунья, не успев закончить своё зелье, отскочила в сторону, споткнулась о валяющегося на полу «любителя пирожков» и упала, выронив склянки из рук. Те с противным звоном разлетелись по полу, выпустив в воздух облако разноцветного дыма.

Воспользовавшись всеобщей суматохой, я переключил внимание на саму тётю Клаву.

«Не хватало ещё, чтобы нас порезали!» — пронеслось у меня в голове.

Навык вышел почти автоматически.

Я представил, как её ноги прирастают к полу, как её руки деревенеют, как её глаза застилает пеленой безумия. И, к моему удивлению, сработало! Тётя Клава замерла на месте, как вкопанная, её лицо исказила гримаса ужаса. Она попыталась пошевелиться, но ноги словно намертво приклеились к полу. Руки, державшие нож, затряслись и опустились, а глаза наполнились бессмысленным, животным страхом.

— Отпусти! — ревела она, глядя прямо в мои глаза. — Я знаю, кто ты! Мы здесь из-за тебя!

«Чего это она несёт? — призадумался я. — Ты же не про меня? Хотя…»

Сказать честно, у меня не было сомнений, что слова этой даже не одержимой, адресовано именно мне. Правда, со стороны казалось, что она говорила это Борису. Что тому очень не понравилось.

Боря, услышав эти слова, нахмурился и, пнув под зад очередного зомби, приблизился к тёте Клаве. Его глаза сверкали недобрым огнем.

— Чего мелешь, старая? Кого ты тут знаешь? И кто это «мы»? — прорычал он, сжимая кулаки. — Да я тебя сейчас…

Но договорить ему не дали. В этот момент один из «очнувшихся» зомби, с диким криком, бросился на Лену. Та, отвлеченная происходящим с тетей Клавой, не успела среагировать. Но в последний момент Петрова, придя в себя после падения, подскочила и толкнула Лену в сторону.

Зомби промахнулся, но задел Петрову, вырвав клок волос. Колдунья взвизгнула от боли.

Боря, недолго думая, развернулся и с размаху врезал зомби по челюсти. Тот отлетел в сторону, врезавшись в шатающийся столик. Тетя Клава, воспользовавшись замешательством, попыталась высвободиться из моей ментальной ловушки. Но я лишь усилил хватку, чувствуя, как мои силы постепенно иссякают. Держать ее в таком состоянии оказалось сложнее, чем я предполагал.

«Боря, эту тётку нужно допросить! — проецировал в его голову. — Она что-то знает!»

Только вот, нам было не суждено узнать, что-то конкретное. «Пушечное мясо» вошло во вкус и в скором времени, на земле лежало около двадцати человек, без признаков жизни. Нет, разумеется, они были при пульсе, но без сознания.

Даже не дергались, и еле заметно дышали.

Боря, услышав мой мысленный посыл, кивнул и, обернувшись к Лене, скомандовал:

— Лена, вяжи эту ведьму! Петрова, присмотри за «пушечным мясом», чтобы не переборщили с энтузиазмом. Эй, мясо, помогите тётке Клаве прийти в себя, но без фанатизма!

Пока Лена ловко связывала тетю Клаву найденной в углу веревкой, Петрова, пошатываясь, раздавала указания «пушечному мясу», пытаясь привести их в чувство.