Книга Диверсант. Том 1, страница 126 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

Они отходили медленно, нехотя. Митяй сплюнул в грязь, бросил на меня взгляд, полный злого ожидания. Янка обмяк в руках Сидорова, его трясло. Лёва попятился, отворачиваясь.

Зыков задержался. Он стоял рядом, смотрел на меня, потом на Вебера.

— Я могу, — тихо сказал старшина. — Не марай руки, Стас. Засада-засадой, но это казнь. Я могу это сделать сам!

Обернулся, посмотрел на него, легко усмехнулся.

— Нет, — я покачал головой. — Это на мне.

Зыков постоял секунду, потом молча кивнул и пошёл к дому.

Мы остались вдвоём. Вебер смотрел на меня снизу-вверх. Он что-то понял, потому что его глаза расширились, он попытался отодвинуться, вжаться в брёвна.

— Найн… найн, битте! Я же сказал… я всё сказал! — он заговорил быстро, сбивчиво. — Я дал вам информацию! Вы обещали!

Я достал «Вальтер». Щёлкнул затвором, взводя пистолет.

— Ты пришёл сюда убивать беззащитных, Вебер, — произнёс спокойным тоном. Я, если честно, не испытывал в этот момент ничего. — Ты получил свой приказ, пришёл убивать мирных.

— Я… — тут же заблеял фриц. — Я же всё рассказал!

— Гарнизон, — наставил ствол на его лоб. — Где гарнизон⁈

Я спросил уже не ради него. Ради себя. Чтобы не оставить за спиной вопрос, который потом мог стоить нам жизни.

— Не знаю! — заверещал фриц.

Я нажал на спусковой крючок. Пуля вошла точно над переносицей. Голова немца дёрнулась назад, ударившись о бревно, и тело обмякло.

Всё. Внутри не было ничего. Ни радости, ни раскаяния.

Я убрал пистолет в кобуру. Легче не стало. Хуже тоже. Просто ещё одна тяжесть легла туда, где уже лежали Коля, Тимох, Алесь и все, кого я не вытащил.

Я повернулся и пошёл к дому.

— Зыков! — позвал я. — Сколько у нас патронов и что осталось к MG?

— С этим, — старшина кивнул на трупы, — двести пятьдесят к пулемёту, и рассыпуха по карманам. Две гранаты у Митяя, одна у тебя, две «колотушки» у Сидорова. По трофеям сейчас досчитаю.

— Досчитай быстро. Берём патроны, документы, еду, бинты, всё лёгкое. Лишнее железо портим. Через десять минут уходим за колонной.

Зыков кивнул. Сидоров молча пошёл к подсумкам. Митяй скривился, но тоже нагнулся над ближайшим фрицем. Работал зло, быстро: срывал подсумки, бросал их к крыльцу так, что патроны рассыпались по доскам, будто мстил уже не немцам, а самому приказу ждать. Лёва стоял бледный, держась за стену, и пытался не смотреть на Вебера.

Время нашим мы дали. Если Ганна уже увела людей, мы ещё успевали догнать хвост, забрать слабых и раствориться в лесах до полудня.

Именно в этот миг из-за угла хаты выбежал запыхавшийся Чук.

«Какого хрена он здесь?»

— Стас! — он чуть не влетел в меня. — Там… колонна…

— Что колонна? — я схватил его за плечи. — Говори толком!

— Даша сказала… — Чук глотал воздух. — Дословно сказала: Вера рожает. Гать лопнула. Колонна встала. Она делит людей. Ганна ведёт ходячих дальше, а Даша остаётся с Верой и теми, кто не может идти. Нужна помощь.

Он сглотнул, мотнул головой и добавил уже от себя:

— Только там люди уже… не держатся. Ругаются. Кто-то хотел уходить сам. Может, уже ушли.

Я закрыл глаза. Секунду стоял, пытаясь собрать мысли в кулак. Не отошёл ещё… от всего произошедшего, но думать пришлось сразу.

До этого всё было просто. Не легко, но понятно: забрать трофеи, вывезти стариков, догнать хвост колонны и раствориться в лесах, пока Фогель ещё ждёт связного.