Книга Диверсант. Том 1, страница 97 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

Я помнил его первую реакцию и понимал, что он думал о другом, не о том, о чём я и Зыков. Он прикидывал шансы, оценивал трофеи, взвешивал, сколько оружия и патронов можно будет подобрать с убитых, сколько еды выгрести из домов.

— У нас с собой нет гранат, патронов — в обрез, — тихо, но сказал я. — Если пулемёт оживёт — нас сметёт. И сарай они подожгут вместе с людьми. Однако, — все смотрели на меня. Даже Ганна, которая никак не могла успокоиться. —

Охраны почти нет.

Митяй чуть наклонил голову, прислушиваясь.

— Ты знаешь это место? Была здесь раньше?

Она коротко кивнула.

— Знаешь, как подползти к грузовику, так, чтобы нас не заметили? — спросил я у Ганны.

Она медленно повернулась к хутору, смахнула слезы с лица, и взялась за бинокль. Через минуту, ответила:

— Там, за сараем, овраг, — прошептала она. — Он идёт вдоль плетня, потом выходит к заднему двору. Если ползти по дну, нас не увидят. Я покажу тропу.

Зыков быстро прикинул в уме.

— Если мы подберёмся к кабине, можно снять расчёт пулемёта одним махом!

— Да, — кивнул я. — Без пулемёта у них останется только стрелковое оружие. И если действовать быстро… — я на секунду замолчал, прикидывая варианты. — Нет, стрелять нельзя. Фрицы в панике начнут лупить во все стороны.

— Угу, — хмыкнул Зыков. — Гады могут начать стрелять по ним, если поймут, что на них напали.

— Значит, нельзя, чтобы они поняли, — сказал я. — Так, тогда, никаких винтовок. Точнее, с собой-то мы их возьмём, но пользоваться не будем, до острого момента.

Митяй хмыкнул, затем попросил бинокль и, после осмотра, заявил:

— Я возьму одного из тех двоих у крыльца, когда на обход пойдёт, — прошептал он. — Тихо. У меня есть нож.

Я посмотрел на него и впервые увидел в нём не просто мародёра, а бойца, который знает своё дело. Тот, в свою очередь, протянул бинокль Зыкову.

— Нас мало, — сказал старшина. — Их там может быть больше.

Я не мог с ним не согласиться. Тем более, что у нас ещё были гранаты, только за ними надо было вернуться.

— Возвращаемся, — приказал я. — Нам нужен Гена и все мои запасы. Это так оставлять нельзя…

Обратный путь до Выселок показался мне бесконечным. Я устал, ноги постоянно вязли в мху… мне хотелось поскорее сесть или лечь. Но я понимал — у нас не было времени. Старшина шёл рядом, молча. Митяй в конце, а Ганна… Ганна двигалась на автомате, глядя только вперёд. В какие-то моменты, она даже ускорялась, забывая, что мы стараемся идти за ней след в след. Останавливалась и ждала, пока мы подойдём.

Когда мы, наконец, вернулись к избе, меня начало покачивать. Простуда, или уже — болезнь, которую я весь день гнал от себя адреналином, начала брать своё. Кости ломило, в горле першило так, будто я нажрался сушёной рыбы, не запивая ничем. Но я не мог позволить себе расслабиться.

В избе пахло… едой. Запах был слабый, жалкий, но на пустой желудок он казался просто божественным. Даша и Петя суетились у ведра с углями.

Увидев нас, Даша вскочила и только было открыла рот, но замерла, заметив наши лица.

— Мы нашли… — Петя гордо выпятил грудь и протянул мне ладони. В них лежала горсть мелких, грязных яиц, несколько корешков, похожих на камни, и кучка мятого щавеля. — И ещё лягушек наловили! В канаве!

Я посмотрел на эту «добычу», но и сказать ничего не смог, лишь слабо улыбнулся. Затем посмотрел по сторонам и обратил внимание на оживившегося студента.