Онлайн книга «Диверсант. Том 5»
|
Из разговора выяснилось: у Корецких, то есть у Семёна, ныне расквартированы двое работников военного хозяйства. Немцы привезли их откуда-то с востока, из пленных или из мобилизованных. Веру, жену Семёна, заставляли стирать их бельё и готовить на них еду. А ещё она каждый день носила бельё в военную прачечную за дворами. Одного из соседей, того самого хромого Прокопа, забрали на ремонтный двор из-за недостачи каких-то деталей. Если детали не найдутся, Прокопа ждёт расстрел или отправка в лагерь. Антось поблагодарил женщину и вернулся ко мне. — Плохи дела, — коротко сказал он вполголоса. — В доме чужие. Семёна там ждут в лучшем случае как рабсилу, в худшем — как дезертира. Семён, стоявший чуть поодаль, побледнел. Его руки повисли вдоль тела, словно набитые свинцом. — Если я сейчас пойду туда, — процедил он сквозь зубы, — я этих двоих… — Убьёшь двоих, — жёстко оборвал я его. — А потом придёт патруль, потому что эти работники числятся на хозяйстве. И что будет с Верой и твоей дочерью? Их расстреляют за то, что в их доме убили немецких работников. Или повесят для острастки. Ты этого хочешь? Семён замолчал… Затем сплюнул на землю и злобно зыркнул на Антося. Как будто это он был во всём виноват… — Что предлагаешь? — наконец выдавил он. — Надо думать. Мы выяснили, что Вера каждый день носит бельё в хозяйственное помещение, — сказал я. — Антось, ты узнал, куда именно? — За дворами, на территорию бывшего склада, — ответил Антось. — Там сейчас прачечная для военных. — Вот там мы её и встретим, — решил я. — На обратной дороге. Семён, ты знаешь, как оттуда пройти к вашему дому не по главным улицам? — Знаю, — кивнул Семён. — Через проходной двор за пивзаводом. Мы там ещё до войны ходили. Если проход цел, не придётся дугу делать — так быстрее… — Антось, проверь, остался ли там этот проход и ходит ли Вера через него, — распорядился я. — Если да, встречаемся там. Семён выходит первым. И, пожалуйста, пойми: никаких там семейных сцен и радостей, ясно? Не надо привлекать ненужное внимание! Семён посмотрел на меня с явным недовольством, но кивнул. Через два часа всё было готово. Антось подтвердил, что проход за пивзаводом цел, а у прачечной ему подсказали: Вера возвращается именно там. Тарасов вернулся с обхода и доложил обстановку: внешние подходы к кварталу патрулировались слабо, немцы больше внимания уделяли центральным улицам. Заодно он нашёл и осмотрел пустое бомбоубежище у насыпи — там можно было переночевать. Я оставил Тарасова и Антося прикрывать выходы из прохода, а сам занял позицию в тени разрушенной пристройки, откуда просматривался весь переулок. Семён вышел из-за угла, остановился у проломанной стены и закурил, делая вид, что просто отдыхает. И начал ждать, как и все мы. Морось за это время усилилась, превратившись в мелкий дождь. Я уже начал думать, что сегодня Вера не пойдёт, как из-за поворота показалась женская фигура. Она шла, сгорбившись под тяжестью огромного узла, набитого, видимо, мокрым бельём. Спустя пару секунд Вера увидела Семёна. Она остановилась. Осмотрелась по сторонам. Поставила мокрый узел на землю, вытерла руки о передник и только тогда шагнула к мужу. Она взяла его лицо обеими руками, пристально вглядываясь в его глаза. Видимо, ей нужно было убедиться, что это действительно он, а не плод её воображения. Я видел, как её губы дрогнули, но она не издала ни звука. Просто стояла и держала его лицо, а он обхватил её за плечи. |