Книга Диверсант. Том 5, страница 50 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

Снаружи, за проломом, Фрол заметил двоих караульных, которых Лютце направил к задним воротам. Старик дважды коротко свистнул.

Я обернулся. Тарасов перенёс огонь на подход к воротам. Короткая очередь заставила обоих солдат броситься за штабель кирпича. Они залегли и больше не высовывались.

Пока Миша удерживал караульных за кирпичом, а я следил за углом конторы, Шестаков поднял людей. Дорожка к пролому на несколько мгновений освободилась от огня. Платон повёл гражданских наружу, где их принимал его помощник. Двоим освобождённым пришлось почти нести хромого.

Тот вдруг заупрямился. Обернулся к оставшемуся под верстаком сундуку, потянулся назад.

Фрол пропустил людей мимо себя и вошёл во двор за своим ящиком из грузовика.

— Мой инструмент! — забормотал хромой рабочий. — Не брошу!

Шестаков подскочил к нему и схватил за грудки.

— Бросай сундук! — рявкнул он ему в лицо. — Жизнь дороже железа! Иди, кому сказано!

Рабочий дёрнулся, но, увидев глаза Шестакова, сдался. Платон подтолкнул его к выходу и передал тем двоим.

«Твою же мать…»

Я проводил их взглядом и сместился к ремонтному навесу. Нужно было прикрыть Гену, который заканчивал работу у машин. Двое солдат попытались прорваться к стоянке. Я сделал два выстрела. Один немец упал, схватившись за ногу, второй откатился за колесо. Третьим выстрелом я добил раненого.

«Удача?» — промелькнуло в голове, когда я понял, что снова попал в лоб.

Радоваться было некогда. Я сменил магазин и посмотрел к конторе.

Антось удерживал внутренний край навеса, пока Фрол переносил свой запас к намеченному оборудованию. Старик работал споро, не отвлекаясь на стрельбу. Подрыв должен был вывести из строя токарный станок, подъёмное оборудование и запасные двигатели у стены. Теперь Фрол работал внутри под нашим прикрытием, а Шестаков принимал гражданских снаружи.

Я окликнул Антося, убедился, что он слышит меня, и снова выглянул к конторе. Пока Фрол был под навесом, уходить мы не могли.

Гена с Семёном готовили уничтожение машин огнём за счёт находившегося у стоянки военного горючего. Задняя полоса оставалась свободной. Пожар не должен был начаться, пока грузовик и люди не покинут двор.

Я оглядел пустеющее рабочее пространство и перебежал к пролому. Пули свистели над головой, каменная крошка осыпалась со стенки навеса. Шестаков стоял по ту сторону ограды.

— Все вышли? — крикнул я.

— Все гражданские вышли! — ответил он. — Остальных увели, трое задержанных ждут за каменным строением. Хромого без машины дальше не дотащим!

— Фрол! — я обернулся к навесу. — Заканчивай!

Лютце, видимо, понял, что мы пришли не просто спасти задержанных или стырить детали. Немец, собака, попался сообразительный, и это ещё могло нам дорого обойтись.

Из-за конторы донёсся его голос:

— Вывести транспорт через передние ворота! Заводите машины! Быстрее!

Двое водителей, прячась за бортами, добрались до стоянки. Но Гена уже лишил ближайшие машины возможности быстро тронуться. Один водитель отчаянно крутил стартер, но двигатель не схватывал. Другой бросил попытки, убежал за каменную стенку и оттуда открыл по нам огонь.

Мне пришлось ещё трижды выстрелить, прежде чем наши смогли начать отход. После очередного упавшего немца остальные попрятались, и Семён пробежал пешей дорожкой к Шестакову. Антось занял место снаружи, откуда был виден ближайший переулок. Тарасов прикрывал смену позиций и до выхода грузовика удерживал за штабелем двух караульных у задних ворот.