Книга Система Распутина. Том 1, страница 120 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

Костин телефон я сунул в нагрудный карман экраном наружу, чтобы цифра эфира оставалась на виду, микрофон зажал под мышкой, а свой телефон вытащил из внутреннего кармана и нашёл Ковалёва первым же движением большого пальца.

— Майор, «Золотой век», свадьба Волковых, — я повернулся так, чтобы видеть Эдика под охраной. — Суррогат на столе, свидетель с конвертом, Эдик здесь. Пять тысяч триста зрителей в прямом эфире. Ваш шум пошёл.

— Еду. Запись сохраните, — в трубке коротко щёлкнуло, и Ковалёв завершил разговор раньше, чем я успел поблагодарить.

Один охранник отошёл к двери, второй остался возле Эдика. Тот воспользовался свободной рукой, выхватил телефон и набрал номер. Он вдавил трубку в ухо, однако голос на том конце услышал даже я.

— Меня сейчас… — Эдик сгорбился и попытался отвернуться от камеры, прикрывая телефон рукой.

— Ты в прямом эфире, — холодно оборвал его мужчина в трубке.

Раздались короткие гудки. Эдик уставился на погасший экран, и плечи у него под дорогим пиджаком поникли.

«Поздно, Эдуард. Твой верх уже посмотрел программу и решил сменить ведущего».

Мой телефон завибрировал. Марина: «Я у входа. Смотрела эфир в машине».

— У входа мой свидетель, — я поднял экран так, чтобы ближний охранник увидел сообщение. — Марина. У неё документы по этому делу. Пропустите её.

Я убрал свой телефон во внутренний карман и перехватил микрофон из-под мышки. Охранник тем временем передал дальше по цепочке, дверь открылась, и Марина вошла в зал, прижимая к боку папку. Она сделала несколько шагов и замедлилась: десятки телефонов развернулись к ней. Я махнул ей к подарочному столу, рядом с собой.

— Иди сюда. Твоё лицо Эдик уже показал всему городу, — я отступил, освобождая место возле Ольги. — Теперь пусть город увидит твои документы.

Марина провела пальцами по краю папки, расправила плечи и пошла между столами. На этот раз она выходила к зрителям с бумагами — лучший костюм для такого эфира.

Я вынул из нагрудного кармана Костин телефон. Комментарии на экране побежали быстрее: «Это Марина из „Праздника“, она нам юбилей вела!» А следом сотрудники Глеба начали писать про зама: «Он вас с Димой на корпоративе снимал, я сам видел». «Зам танцующих на телефон снимал, вот откуда кино».

— Сотрудники Глеба только что узнали человека, который нас снимал, — я развернул экран к Эдику, чтобы он видел бегущие строки. — Зам генерального. Так откуда эта съёмка у частного ведущего, который ещё вчера обещал, что «Праздника» на этой свадьбе не будет?

Эдик скользнул глазами по экрану и отвёл их. Его собственный микрофон висел теперь в опущенной руке, красивый и бесполезный.

— Накладные «Праздника», — Марина прошла к подарочному столу и раскрыла папку над чистой скатертью. — Номера партий, подписи. Всё здесь.

Я встал рядом, сунул Костин телефон обратно в нагрудный карман, а свой открыл на папке «Суббота» и положил экраном вверх возле накладных. Костя навёл камеру на документы, Ольга повернула пакет так, чтобы этикетка бутылки оказалась в кадре.

— Смотрите все. Вот номер партии в накладной «Праздника», — я положил лист рядом с пакетом. — Вот тот же номер на бутылке, из которой налили гостю Михаила Васильевича. А вот он же на снимке отказной накладной «Паруса» — «Парус» завернул эту поставку ещё при приёмке. Одна партия, одна дорожка.