Книга Система Распутина. Том 1, страница 29 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

— Марин, если она сейчас потеряет сознание, охрана Армена будет искать виноватого. А тут, — я нахмурился, — палёнка! И яйца оторвут не только мне, понимаешь?

— Палёнка?

— Да, — я сделал шаг в сторону. — Мне нужна вода, чистая водка…

— Ты тут бармен!

— Окей! Тогда вызывай скорую! Сейчас же! И бар на стоп ставь, пока не приедут!

Марина заметно напряглась, но она была умной и понимала риски. Что не могло не радовать.

— Что ты собрался делать? — спросила она.

— Спасать, — ответил я. — Щас.

Я вернулся к стойке, сорвал акцизку с бутылки водки, снял пробу и «Точной мерой» отмерил дозу. Зачем? А затем, что бармены старой школы знают: при отравлении суррогатом, пока едет скорая, спасает чистый спирт. Печень берётся за него в первую очередь, и суррогат не успевает превращаться в яд.

Я подошёл к дивану и сел рядом с Кариной.

— Эй, — я взял её за плечо. — Меня зовут Дима. Ты меня слышишь?

Она повернула ко мне лицо, и я увидел, что зрачки расширены, а губы синеют.

— Мне… плохо… — выдавила она.

— Знаю… ты отравилась. Сейчас мы это исправим. Пей, — я поднёс к её губам рокс с водкой. — Сделай маленький глоток.

Она скривилась, но послушно глотнула.

— А теперь смотри на меня, — я взял её за руку. — Как тебя зовут?

— Карина, — она закашлялась.

— Карина — хорошее имя. А любимая песня у тебя какая?

— К-какая?..

— Песня. Какая песня? Пой, — я смотрел ей в глаза. — Пой со мной, чтобы не уснуть.

И пока Марина вызывала и дожидалась скорую, я пел с Кариной какую-то абсурдную попсовую песню, не давая ей уснуть. Вскоре к дивану подошла охрана Армена. Спохватились они поздно, но, судя по сжатым кулакам, были готовы отправить меня в нокаут за то, что я трогаю дочь босса. Но Карина уже отвечала на мои вопросы, трясла головой и смотрела на меня, что немного сгладило углы.

Один из охранников вернулся к боссу. Тот вскоре встал из-за стола и медленно подошёл. Посмотрел на то, как я держу его дочь за руку, и спросил по-русски с акцентом:

— Что с ней?

— Отравление, — ответил я. — Суррогатом.

В этот момент двери зала распахнулись, и ввалились врачи скорой. Они быстро уложили Карину на носилки и забрали её. Мы с Мариной проводили их до порога. После я подобрал с ковра бокал и вернулся за барку.

Не сказать, что случившееся как-то напрягло отдыхающих, но вот Марина не могла найти себе места. Даже Михалыч долго смотрел в нашу сторону. Через четверть часа к барке подошёл Армен:

— Что она пила? — спросил он.

Я молча достал бокал, из которого пила Карина.

— Это не я наливал, — ответил я. — С её места у меня никто ничего не заказывал. А кто на самом деле дал ей напиток и откуда наливали — не скажу, не знаю. Думаю, вам стоит поднять камеры.

Армен кивнул. А я мысленно расцеловал его за то, что он оставил меня в живых.

Когда он молча ушёл, система вновь ожила:

Внимание!

Уровень внимания антагониста (Эдик) повышен до 80 %.

«Антагонист, значит…»

Вечер продолжился в том же русле, но, как показала практика, система не просто так подкинула уведомление. Тимур сидел у стойки и мрачно смотрел в стакан. VIP-стол скучал. И Эдик, чтобы разогреть толпу, решил устроить конкурс: кто громче крикнет «Горько!».

Зачем? Да хрен его знает. Были тут парочки, которые целовались, но желающих было немного. Так что публика среагировала вяло. Пара пьяных выкриков — и всё. Зал зевал.