Онлайн книга «Идеальный мир для Химеролога 14»
|
Она оскалилась. По шее пробежали крохотные изумрудные чешуйки: — А этого… просто… не может быть! Понял меня⁈ Гедеон опустил глаза. Спорить означало умереть здесь же. Во всём известном мире, пожалуй, и правда не было мастера плоти, равного ей по силе и таланту. А уж в безжалостности с ней тягаться он бы не взялся. — Я всё понял, госпожа Вивиана, — смиренно выдохнул комендант, склонив голову. — Я найду предателя. Я выясню всё до мельчайших деталей. И графиня Новикова горько пожалеет о том, что вообще появилась на свет. — Вот и славно, — Вивиана откинулась на живые кольца змеи, и безумная маска мгновенно сменилась холодной светской улыбкой. — А теперь налей мне вина, Гедеон. Твои Безмолвные чертовски медлительны. Не заставляй меня думать, что они берут пример со своего хозяина. * * * — Мы не вытягиваем! Катя, держи зажим! Мы его теряем, он сейчас сорвётся! — Да держу я, держу! Тут третья связка на честном слове болтается! — Эфирная нить обрывается! Андрей, отсекай малый контур, сейчас скверна в аорту хлынет! На столе корчилась гвардейская псина. От шерсти почти ничего не осталось: бок закрывали титановые пластины, под правыми рёбрами зиял рваный пробой. В малой операционной творился настоящий кавардак. От стола тянуло палёным роговым щитком, спирт перебивал душок скверны. Этой дрянью сектанты нашпиговали армейских зверей в пригородных болотах. У Катерины руки до локтей были в бурой сукровице. Андрей вытирал вспотевший лоб о плечо: — Я стабилизирую! Держу брюшной клапан! Катя, вводи коагулянт, быстрее! Елена Грановская держала расширителем развороченную брюшину. На щеке засохла капля лимфы, лицо побелело от напряжения. Глаза выдавали панику, хотя гордость пока удерживала её у стола. Ученики химичили, химерологичили, орудовали серебряными щупами. Вливали растворы, хватались за шприцы, снова что-то вкалывали несчастной твари. Два месяца я пытался отучить их от этого, и вот, пожалуйста. Я ходил вокруг стола, не торопясь вмешиваться. Дойдя до стены, поворачивал и шёл обратно, заложив руки за спину. Плечи расправлены, на физиономии вселенское спокойствие, постигшего тщету бытия. Думал я при этом о герцоге Грановском. Старый лис из Тайной Канцелярии наверняка допивал третью чашку цейлонского чая, точил наградную саблю и прикидывал, как подобраться к наглому владельцу ветеринарной лечебницы. Надо бы всё-таки велеть новиковским кузнецам укрепить вход швеллерами, поставить титановый замок… А мой источник пока пуст. Сухой колодец, в котором не осталось ни искры свободной энергии. — Всё… — хрипло выдохнул Андрей и буквально повис на краю стола. Над столом запищали аппараты. Псина перестала биться в судорогах. У изголовья я остановился, отвлёкся от своих мыслей и оглядел остывающую плоть вперемешку с металлом: — Умерла? Мои доблестные эскулапы побледнели разом. Катерина покачнулась и ухватилась за стойку капельницы: — В смысле — умерла⁈ Нет! Стабилизировали вроде бы… Пульс нитевидный, но держится! Теперь вот… осколки шипа извлекать будем. Там три зазубренных лезвия прямо в брыжейку вошли. — М-м, — я равнодушно пожал плечами. — Ну, извлекайте. Кто вам не даёт? Андрей сорвал марлевую маску, съехавшую набок. Терпения у него больше не осталось: — Виктор! Да помогите нам ради всего святого! Мы же понятия не имеем, как их оттуда вытаскивать! Там сложнейшая переплетённая система сосудов, контур воспалён, стенки истончены до прозрачности! Чуть дёрнем зазубрину — и фонтан, кровопотеря за полторы секунды! Как это вообще делать по вашим методикам⁈ Мы бы… |