Книга Идеальный мир для Химеролога 14, страница 123 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Грановский стиснул зубы.

Она блефует, хочет, чтобы он усомнился и отступил. Гравитация дробила кристаллы, сминала материю, разрывала связи в самом веществе. Камень выдержал первый удар, но бесконечно поглощать такую силу не мог ни один артефакт в мире. Надо вложить больше. Разбить монолит, скрутить ведьму и отправить её в подвалы Канцелярии.

Герцог раскрыл обе руки и до предела наполнил каналы. Возле него поднялась пыль, траву распластало по земле.

Борисов нахмурился и тронул его за плечо:

— Погоди, Константин. Тут дело нечисто. Дай я попробую полоснуть.

— Отойди, Толя. Я сам закрою этот вопрос, — отрезал Грановский.

С пальцев слетел второй шар, величиной с колесо телеги. Пространство вокруг визжало. Снаряд попал в середину Обелиска.

Смола поглотила и его. Гул стал громче, поднялся до высокой ноты; над камнем ударил в небо новый пучок тёмных молний.

— К чёрту фокусы, я эту дуру в щебень раскрою!

Борисов выбросил из ладоней десяток серпов из спрессованного вакуума. Ведьма успела шагнуть за монолит, и лезвия угодили в смолу. Одно за другим погасли в её толще. Обойти камень мешало кольцо химер.

— Сначала зачистим стражу, — быстро сказал Борисов. — Я беру правый фланг, ты левый.

Ближайшему стражу он метнул серп в переднюю лапу. Лезвие с трудом прорубило панцирь, вошло в плоть. Кость хрустнула, конечность отделилась.

Химера вскинула череп и завизжала. Сразу отозвались десятки глоток; рёв слился над поляной.

Ведьма выглянула:

— Ой, вы потревожили охранный периметр! Мои поздравления!

Лапа дёрнулась, повисла, удерживаемая алыми нитями. На срезе сплелись мышцы, срослись хрящи. Три секунды, и химера снова опиралась на все четыре конечности, скрежеща клыками.

— Подождите, подождите, — притворно заворковала ведьма. — Зачем мешать уважаемым Грандам развлекаться? Пусть они ещё немного покормят Обелиск Тёмных Атрибутов.

Название «тёмные атрибуты» Грановский слышал впервые. Солдаты уже стояли на опушке, измотанные пятичасовым боем. Против стражей, способных так восстанавливать плоть, их автоматы ничего не решат.

Герцог поднял меч, развернул защиту на полную силу и пошёл к Обелиску. Нужно добраться до колдуньи. Шею он ей свернёт и голыми руками.

На лице ведьмы дрогнула маска.

— Ой, а вот это уже действительно опасно… — она погладила мокрый бок монолита: — Защитишь свою маму? Я же тебя породила.

Камень вздрогнул.

У основания раздалось чавканье. Из смолы вылетели толстые жгуты и понеслись через поляну быстрее болтов из арбалета. Грановский встретил их гравитационным щитом, но они прошили поле и добрались до него.

Липкая ткань затянулась вокруг ног, перехватила руки, оплела туловище. Рядом выругался Борисов: его связало такими же жгутами.

Герцог рванулся. Смола держала так крепко, что даже пальцем шевельнуть не вышло. В ней пульсировала сила, сравнимая с мощью трёх Грандов. Камень обладал этим запасом с самого начала или набрал его после ударов? Теперь обе возможности выглядели скверно.

Вспомнилась ультимативная техника Грановских: Истинный гравитационный коллапс.

Он прибегал к нему лишь дважды за всю жизнь. Удержать такой приём в заданных пределах было невозможно: пространство сжималось вокруг без разбора. Плоть и металл вместе с гранитом сворачивало в шарики меньше ногтя. Потом лопался сдерживающий барьер, и уплотнённая материя взрывалась.