Книга Идеальный мир для Химеролога 14, страница 58 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Прижав ладонь к холодному камню у самого края паутины, я послал осторожный зов: отдал крупицу жизненной силы и примешал немного привлекающих их веществ. Пауки застыли, а затем дружно поползли на приманку и один за другим забрались ко мне на ладонь.

Капля собственной крови помогла запустить переделку: наследственная основа тварей податливо раскрылась, и я аккуратно снял природные ограничения, сдерживавшие их рост. Хитин уплотнялся в броневые пластины. Нервную систему я усложнил на порядок, а прядильным органам придал несколько отдельных каналов.

Через пару минут на камни спрыгнул десяток хищников величиной с бойцовую собаку. Чёрные панцири блестели, лапы мягко вставали на подушечки. Под фасеточными глазами двигались хелицеры. Взгляд у малышей уже был осмысленный, и каждого я чувствовал через общую мысленную связь.

— А теперь идите вперёд и расчищайте мне дорогу, — скомандовал я.

Все десять повернулись ко мне и застыли. По связи пришло недоумение. Я усмехнулся, поняв, в чём дело.

— Ах да. Я же сам намертво вшил в вас базовую установку не трогать людей… Можете не переживать. Людей здесь нет.

Обычно я был против бессмысленного смертоубийства. Если дело решалось без крови, так и поступал; если требовало малой, на ней и останавливался. Но следы опытов над пленниками чувствовались повсюду, а я слишком хорошо знал, что здесь собирались сделать с Агнессой. Для здешних двуногих паразитов снисхождения у меня не осталось.

Пауки разошлись по двое.

Два часа мы пробирались по переходам и нижним ярусам. За дверями кричали, палили, волокли мебель, пытаясь перегородить путь. Пауки добирались до стражи по потолкам и затягивали проходы липкими тросами закалённой паутины. Из-за очередной баррикады доносился хруст костей, стрельба обрывалась, и я двигался дальше.

Пространственник всё это время оставался недосягаем.

Поймай такого в подземельях, где ход ветвится за каждым поворотом. Без особых ловушек, отсекающих пространство, почти безнадёжное дело. Вот была бы здесь милашка Кая… Она чуяла возмущения за сотни вёрст и перекусывала портальные коридоры вместе с магами, прежде чем те успевали моргнуть. Моё величайшее творение. Только средств призвать её в этот мир у меня пока не было.

Я добрался до конца центрального коридора, толкнул кованую дверь и вошёл в зал собраний.

Вдоль стен из гранитных плит стояли шестигранные колонны, над ними сходился свод. Комната была небольшой, но камня на неё явно не пожалели. С колонн смотрели бронзовые змеиные головы. Из раскрытых пастей масло стекало в чаши с золотистым огнём; его подавали из скрытого резервуара наверху, по желобам внутри камня. Получалось и светло, и тепло, причём без гари.

— Кажется, это именно то, что я искал, — пробормотал я.

В центре стоял круглый стол. Я коснулся гладкой столешницы и прочёл оставшееся в эфире возмущение. Пространственник побывал здесь недавно, след ещё покалывал чутьё.

Сам зал уже опустошили. Пока я ходил по боковым тоннелям и пробивался через охрану, отсюда вынесли бумаги и картотеку, забрали накопители с ценными артефактами. Не удивлюсь, если оставили взрывные плетения с отсрочкой. Тайные ячейки так прощаются с убежищами во всех мирах.

В противоположных стенах темнели две ниши, закрытые тяжёлым синим сукном. Я отдёрнул левую драпировку.