Книга Идеальный мир для Химеролога 13, страница 51 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Очень в духе Виктора.

Ей сразу вспомнилось, как они с Валерией в клинике могли посреди смены зацепиться языками и минут десять спорить о фасонах сумок или оттенках лака для ногтей. Виктор в такие моменты просто стоял у дверного косяка с кружкой в руке. Молчал, ни словом и ни жестом их не подгонял, спокойно давая выговориться. И только когда обе наконец затихали, он не спеша отпивал кофе и будничным тоном интересовался: «Закончили? Отлично. Лера, где физраствор? И налей мне ещё горячего, пожалуйста».

Образец деликатности, ничего не скажешь.

— Доброй ночи, папа, — сказала Елена, чувствуя, как наконец отступает давящее напряжение.

— Доброй ночи, дочка.

Она вышла за дверь с приятным чувством собственной правоты. Мужчины пусть теперь разбираются сами.

* * *

Я шагнул с балкона в кабинет и стянул капюшон плаща.

— Занимательный у вас семейный разговор вышел, — заметил я, поправляя воротник.

Константин Грановский посмотрел на меня спокойно, без малейшего удивления: людей с его опытом ночными тенями за окном не проймешь.

— Присаживайся.

Он указал подбородком на кресло у камина, подошел к столику и плеснул коньяк в два тяжелых бокала. Один пододвинул мне.

— Угощайся. Полувековая выдержка, еще из запасов покойного князя Воротынского.

Я устроился в кресле и отпил немного. Напиток приятно обжег горло, отозвавшись мягким дубовым теплом.

— Благодарю.

Грановский опустился напротив, тоже пригубил из своего бокала и взглянул на меня поверх стекла.

— Я не стану пытаться узнать твоё имя. Не буду подключать агентуру или рыть землю в поисках твоего настоящего лица. Первых попыток мне хватило с головой, чтобы понять: в это болото лучше не соваться.

Я усмехнулся, покачивая бокал в руке:

— И что же тебя на это натолкнуло?

— Структура твоего тела и твоя энергия. Всё, что ты из себя представляешь. Ты не должен существовать. Понимаешь? Ты нарушаешь все законы — мыслимые и немыслимые. Законы химерологии, биологии, анатомии человеческого тела… В природе такого быть не может.

— И при этом я самый обычный человек, — хмыкнул я.

Не удержался. Сконцентрировал энергию в кончике указательного пальца правой руки. Кость мгновенно вытянулась сквозь плоть, превратившись в изогнутый, острый как бритва костяной коготь. Я легко, без малейшего колебания, полоснул им по левому предплечью.

Ткань рукава разошлась, по коже побежала густая алая полоса.

— Смотри, — я показал ему сочащийся порез. — Обычная красная кровь. Она течёт, бьётся в моих жилах. Никакой кислотной жижи или жидкого серебра. Но я тебя прекрасно понимаю, Константин.

Коготь втянулся обратно под кожу, а порез затянулся за секунду, не оставив даже тонкой белой полоски шрама.

— Просто я искренне не понимаю, в какой именно момент кучка самодовольных недоучек решила назвать себя великими химерологами и начала писать правила для всего мира. Но это даже полбеды. Зачем остальные начали им слепо верить? Зачем было давать этим кабинетным умникам столько влияния и решать, что возможно, а что нет? Я читал ваши местные книги по химерологии. Натыкался на потрясающие теории, которые энтузиасты писали пятьдесят лет назад. Настоящие шедевры научной мысли! И что с ними сделали? Официальная комиссия признала их полным бредом. Авторов затравили, растоптали их карьеры, лишили финансирования и вышвырнули на помойку. А всё потому, что их идеи не вписывались в методички замшелых профессоров. Вы сами вырастили то убожество, которое сейчас имеете.