Книга Идеальный мир для Химеролога 5, страница 89 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Я даже не встал.

— Макар, ты видишь очередь? — я обвёл рукой пустую приёмную. — Я на работе, вообще-то. Пусть записывается на следующую неделю.

— Это вопрос жизни и смерти! Она… она умирает, Виктор!

Я посмотрел на него. Он не врал. Его аура пульсировала от страха.

— Ну, раз умирает, — я поднялся, — то поехали. Лера, я скоро. Наверное.

Мы неслись по городу, игнорируя светофоры и правила.

— Что случилось? — спросил я.

— Новая вылазка за город. Нам нужны были ингредиенты… Она сама возглавила отряд. Нарвались на тварь. Какую-то странную, я таких раньше не видел. Она её поцарапала. Мелочь, царапина на плече… А через час госпожа свалилась. Наши целители бессильны. Приглашённые магистры разводят руками. Говорят, яд неизвестной природы, распад тканей, необратимые процессы… Счёт идёт на часы, если не минуты.

Я молча смотрел в окно. Агнесса, Агнесса… Неуёмная ты девушка.

Мы влетели в ворота поместья, промчались по аллее. Я выскочил из машины, не дожидаясь, пока мне откроют дверь.

Меня провели в её спальню. Огромная комната, зашторенные окна, тяжёлый запах лекарств и благовоний, которыми пытались перебить сладковатый дух гниения.

Агнесса лежала на широкой кровати, утопая в подушках.

Я подошёл ближе и с трудом сдержался, чтобы не присвистнуть.

Выглядела она… ярко.

Кожа переливалась всеми цветами радуги. Синие пятна на шее переходили в зелёные разводы на щеках, лоб был фиолетовым, а руки ярко-оранжевыми.

«Тропическая лягушка», — подумал я.

Вокруг кровати толпились люди. Нотариусы с папками, управляющие, какие-то дальние родственники с постными лицами.

— … и поэтому, — голос Агнессы был слабым, — контрольный пакет акций «Северной Стали» переходит в доверительное управление фонду…

Она увидела меня. Попыталась улыбнуться, но вышла печальная гримаса.

— Виктор… Пришёл. Хорошо. Подожди, пожалуйста.

Она повернулась к нотариусу.

— Пишите. Моему брату, Михаилу, обеспечить полную охрану. Двадцать четыре на семь. Нанять лучших учителей. Когда ему исполнится восемнадцать, передать дела. До этого момента — регентский совет. Вы все головой отвечаете за его жизнь.

Она перевела дыхание, каждый вдох давался ей с трудом.

— Теперь по бизнесу. Корпорацию разогнать. Вложить резервы, поднять обороты до ста двадцати процентов. Создать видимость процветания. А потом — продать. Это убыточная дыра, она тянет нас на дно. Найдите дурака, который купит её на пике.

Я стоял у двери, слушая, как она распоряжается судьбой миллионов.

— Гхм, — я поднял руку, как школьник. — Прошу прощения. А ничего, что тут сейчас озвучиваются государственные тайны и секреты рода, а я тут стою и всё слышу? Может, мне выйти?

Нотариусы и управляющие посмотрели на меня как на пустое место.

— Неважно, — прошептала Агнесса, закрывая глаза. — Скорее всего, род долго не просуществует без меня. Они… кха-кха… они растащат всё…

Её скрутил приступ жуткого кашля. На губах выступила разноцветная пена.

— А можно я скажу? — спросил я.

— Подожди, пожалуйста… Спасибо, что пришёл, Виктор. Я сейчас договорю. Это важно.

И она продолжила. Ещё два бесконечных часа она раздавала указания. Кому продать завод, кого уволить, кого назначить, где спрятаны заначки, какие взятки кому заносить… Она выпотрошила всю подноготную своего рода. Сдала все явки и пароли.