Книга Хищные создания, страница 48 – Эми Голдсмит

— Доброе утро, – приветствует меня Гвидион с приятной улыбкой. – Как вы поживаете, дражайшая Лара?

Сегодня на нем уютный свитер лиственно-зеленого цвета, из-под которого виднеется строгая белая рубашка, а снизу – темно-коричневые плисовые брюки. В этом наряде он похож на хоббита, только очень соблазнительного.

Я бросаю любопытный взгляд на Гвен – интересно, что такого она собиралась сказать Рису, ради чего необходимо было встретиться в три часа ночи, что привело к открытию того факта, что кто-то запер нас в купе. Хотя… может, Шош права и замок просто заедает?

Но утром дверь открылась совершенно нормально… Я встряхиваю головой, выбрасывая назойливые мысли.

Приняв заказ у Ллевеллинов – черный кофе для Гвен, яйца бенедикт для Гвидиона, – я направляюсь к баронессе и Бекке, которые только что уселись за столик. Сегодня я чувствую себя странно подавленной, впервые с начала поездки. Возможно, это из-за погоды – я совершенно не на такое надеялась. У меня за спиной Ксавьер снова надрывно кашляет, и баронесса что-то мрачно бормочет вполголоса.

В вагоне-ресторане стоит унылая атмосфера, словно кто-то уменьшил яркость. Я размышляю над вчерашними словами Риса о том, что что-то изменилось. Но мне кажется вполне очевидным: этот перепад настроения связан с тем, что мы распрощались с шестью пассажирами.

Когда все заканчивают завтракать и я принимаюсь убирать тарелки, Гвидион встает и с пафосом постукивает по своему хрустальному стакану с соком испачканным в масле ножом. Разговоры тут же прекращаются, и все поворачиваются к нему.

— Всем доброе утро, – начинает он в расслабленной манере ведущего утреннего шоу. – Мы с моей сестрой Гвен хотели бы пригласить вас всех на небольшое мероприятие сегодня вечером – в лаунже «Орхидея», начало около шести.

Говоря «всех», он в упор смотрит на меня. Увы, шансов немного – я весь вечер буду бегать между лаунжем и кухней.

— Мы с Гвен запускаем благотворительную организацию под названием «Изобилие». Мы планируем работать над ускорением роста сельскохозяйственных культур в развивающихся странах и с благодарностью примем любые пожертвования на наше дело.

На мгновение повисает неловкая тишина, и тут высказывается баронесса:

— Что ж! Небольшая вечеринка – ну разве это не прекрасно? Тем более с такими благими намерениями!

Гвен, сидящая рядом с братом, странно напряжена и смотрит исключительно в стол. Ее бросающаяся в глаза неловкость странным образом смягчает мое отношение. Может быть, я отнеслась к ней слишком предвзято из-за слов Гвидиона? Родственники то и дело друг с другом ссорятся. Вполне вероятно, она просто стеснительная или сдержанная, а вовсе не холодная и высокомерная. Я вспоминаю, как в школе все сочли меня задавакой просто из-за того, что я приехала из Лондона, и размышляю, что, возможно, стоит дать ей шанс.

Позади меня из кухни появляется Рис, машинально заправляя рубашку. Я киваю на лыжников и тихо предупреждаю:

— На твоем месте держалась бы от них подальше, похоже, у него чума.

Как по заказу, Ксавьер разражается очередным приступом влажного, хлюпающего кашля. А еще от их столика долетает довольно странный запах – похожий на компост? Возможно, нужно освежить букеты. Я делаю мысленную пометку сказать об этом Шош.

Вспомнив о своих обязанностях, я еще раз обхожу вагон-ресторан, чтобы проверить, есть ли еще заказы. Услышав от всех ленивое «нет», я поворачиваюсь и чуть не подпрыгиваю от неожиданности: прямо у меня за спиной стоит Гвен, преграждая мне дорогу. Вблизи она и сама выглядит какой-то нездоровой – кожа на лице тусклая, вокруг глаз темные круги.