Книга Мальтийский сокол и другие истории, страница 147 – Дэшил Хэммет

— Давно вы знаете Уитекра? – спросил я.

— Что-то около двух лет. Кажется, познакомилась с ним на одном из приморских курортов.

— Есть у него какие-то родственники?

— Насколько мне известно, нет. Я многого не знаю о нем. Ах да! Знаю, что он сидел три года в орегонской тюрьме за подлог. Он сказал об этом мне как-то вечером, когда был пьян. Отбывал срок под фамилией Барбер, Барби или что-то в этом роде. Сказал, что теперь живет честно.

Дин достал небольшой автоматический пистолет, выглядевший довольно новым, несмотря на налипшую грязь, и протянул женщине.

— Видели когда-нибудь эту вещь?

Женщина кивнула белокурой головой:

— Да! Это пистолет Херба или точно такой же!

Дин спрятал пистолет обратно в карман, и мы поднялись.

— В каком я теперь положении? – спросила женщина. – Не посадите меня под замок как свидетельницу, а?

— Нет-нет, – заверил ее Дин. – Оставайтесь там, где вас можно будет найти, если потребуется, и вас не будут беспокоить. Не представляете, куда мог податься Уитекр?

— Нет.

— Мы хотели бы осмотреть квартиру. Вы не против?

— Осматривайте, – предложила она. – Переворошите все, если хотите. Я во всем иду вам навстречу.

Мы переворошили почти все, но не нашли ничего, заслуживающего внимания. Сжигая вещи, которые могли его выдать, Уитекр хорошо поработал.

— Были у него снимки, сделанные профессиональным фотографом? – спросил я перед уходом.

— Насколько я знаю, нет.

— Дадите нам знать, если узнаете или вспомните что-то такое, что может помочь нам?

— Непременно, – искренне ответила она, – непременно.

Мы с Дином молча спустились на лифте и вышли на Гау-стрит.

— Что думаешь обо всем этом? – спросил я.

— Хитрая штучка, а? – усмехнулся Дин. – Интересно, много ли она знает? Она опознала пистолет, сказала о сроке за подлог, но это мы все равно бы узнали. Если она умна, она рассказала бы нам все, что мы сами можем выяснить, и это придало бы больше веры другим ее показаниям. Как думаешь, умна она или глупа?

— Не будем строить догадки, – ответил я. – Устроим слежку за ней, будем проверять ее почту. Я знаю номер такси, в котором она ехала два дня назад. Наведем и тут справки.

На углу из аптеки я позвонил Старику, попросил его отправить двух ребят для наблюдения за Мэй Лэндис и ее квартирой днем и ночью, а также попросить почтовое ведомство сообщать нам, если она получит письма, адресованные Уитекру. Сказал, что отправлюсь к Огберну, возьму образцы почерка беглеца для сравнения с почтой этой женщины.

После этого мы с Дином стали искать такси, в котором, как видел Боб Тил, уезжала эта женщина. Через полчаса в конторе таксомоторной компании сообщили нам, что она вышла у дома номер такой-то на Гринвич-стрит. Мы отправились по этому адресу.

Это был ветхий дом, разделенный на унылые, мрачные квартиры. В цокольном этаже мы нашли его владелицу: тощую, одетую в грязное серое платье женщину с жестким тонкогубым ртом и светлыми недоверчивыми глазами. Она, сильно раскачиваясь в скрипучем кресле-качалке, штопала пару комбинезонов, трое грязных детей носились со щенком-дворняжкой по всей комнате.

Дин показал женщине полицейский значок и сказал, что мы хотим поговорить с ней наедине. Она поднялась, выгнала наружу детей со щенком, а потом встала лицом к нам, уперев руки в бедра.