Книга Плохой день для Саншайн, страница 121 – Даринда Джонс

Она сказала Аните, что если они что-то найдут, пусть даже самое незначительное, пусть позвонят ей. Затем она поставила телефон на виброзвонок и повернулась лицом к своей семье. Аури все еще плакала, и тут Сан что-то осенило. Что-то, о чем она раньше не задумывалась. То, на что она не решалась.

Но чем больше она думала об этом, тем больше понимала, что реакция Аури была не совсем такой, какой должна была быть, если бы информация в видео была новой.

Сан опустилась на диван и тихо сказала:

— Боже мой. Ты уже знала.

Аури повернулась к ней лицом, и чувство вины стало настолько очевидным, что Сан перестала дышать.

— Аури, как? Когда? Как давно ты…?

Аури сидела на журнальном столике перед ней, а её родители сидели рядом с ней на диване. Квинси устроился в кресле, едва присев на край и сцепив руки перед собой.

— Аури, ты знала? — спросила её мать.

Рыдания, разрушающие тело её дочери, брали свое. Она едва могла дышать.

— Где её ингалятор? — спросила она отца.

Сайрус вскочил и нашел запасной в кухонном ящике. Вернувшись, он протянул его внучке, и любовь в его глазах пронзила до глубины души.

— Милая. — позвала Сан, когда Аури вдохнула альбутерол. Она выглядела как ребёнок. Как в начальной школе: её грудь вздымалась каждые несколько секунд. Ее глаза и рот опухли.

Она опустила взгляд и, дрожа подбородком, прошептала:

— С семи лет.

Элейн тихонько вздохнула, а Сан просто сидела, ошеломлённым безмолвием.

Аури снова вытерла румянец на щеках, а Сан собралась с мыслями.

Наконец она спросила:

— Как такое вообще возможно?

Аури взяла в руки крест, который носила на шее. Она делала это, когда нервничала.

— Аури, все в порядке. Ты ведь понимаешь это? У тебя никогда не может быть проблем из-за этого. Из-за всего этого. Все случилось задолго до твоего рождения.

— Я знаю. Я просто не хочу, чтобы у кого-то еще были неприятности.

Сан опустилась перед ней на колени и взяла руки Аури в свои.

— Кого ты можешь втянуть в неприятности? — когда Аури так и не ответила, она зачесала волосы Аури назад и заставила её посмотреть ей в глаза. — Аури, ты можешь рассказать мне все. Ты ведь знаешь это, правда?

— Я знаю. Просто… я подслушала разговор бабушки и дедушки, когда гостила здесь однажды летом. С тех пор я знаю.

Сан ничего не могла с собой поделать. Она повернулась и уставилась на них.

Сайрус опустил голову на руки, а у Элейн открылся рот, такой же круглый, как и её глаза.

Но потом правда поразила Сан, как ядерный взрыв.

— Семь, — прошептала она, глядя на свою дочь. — Ты знала об этом с семи лет. Это было летом…

Элейн вскинула руки, чтобы прикрыть рот, так как Сайрус сидел, казалось, парализованный.

Сан закончила фразу собственным всхлипом, её грудь сжалась, когда она попыталась заговорить.

Аури закрыла лицо руками, словно унижаясь.

— Я такая глупая.

— Нет. — сказала Сан, схватив её и обхватив руками. — Не смей так говорить. Никогда. — она плакала без остановки, как и Аури, и её родители.

Даже Квинси пришлось прочистить горло и вытереть глаза.

Она поставила её на расстояние вытянутой руки.

— Аури, так вот почему? Потому что… — она с трудом подбирала слова. — Потому что ты не знаешь, кто твой отец? Поэтому ты решила…? — она не могла произнести эти слова.

При всей терапии и вмешательстве ничего из этого не вышло наружу. Как этот бедный ребёнок держал это в себе? Зачем она вообще это сделала? Неужели она была так ужасна? Так отвратительна?