Книга Бунтарка для альфы, страница 50 – Марго Лаванда

Но вместо этого я, сглотнув комок неприязни, хрипло прошу:

— Дайте воды…

— Воды? Даже ничего не скажешь в ответ на мои слова? Я распинался здесь без малого десять минут, а ты можешь только попросить воды?

— Вам нужно было выговориться, вы это сделали, — жму плечами, — а мне нужна вода и совсем ни к чему ваши откровения. По всей видимости, вы очень одиноки, Давид, раз приходится делиться наболевшим с собственной пленницей, перед тем как убить ее.

— А ты не так проста, как казалось… — с уважением кивает он головой, а после подозрительно щурится. — Понимаю, понимаю, хочешь знать, какую судьбу я тебе уготовил? Честно? Еще не решил. Убить — слишком просто, но и отпустить не могу, а делать зверюшкой для своих людей? Я слишком гуманист. И не надо на меня снова так смотреть! Хочешь, устроим поединок между тобой и убийцей твоей семьи? Будет справедливо. Ты согласна, Алекс? Победишь его в равной борьбе без оружия, я оставлю тебя в живых у меня на острове. Как тебе такая перспектива?

— Я слишком измотана, чтобы драться сейчас, — говорю кротко, просчитывая в мыслях варианты развития событий. Зачем Давид все это делает?! С другой стороны, пусть лучше так, чем убьет на месте немедленно. Кейсер, очнись же! Подскажи мне, как правильно поступить!

Будто услышав мою мольбу, Кейсер с трудом открывает глаза, болезненно морщится, окровавленные губы едва шевелятся. Все мое существо стремится к нему, я с силой сжимаю зубы и кулаки, чтобы не броситься к нему, но чутко ловлю вибрации, исходящие от Давида. Встрепенувшись, он подходит к Кейсеру с довольным видом.

— Быстро очухался! Такую бы выносливость моим парням! Хочу полюбоваться на вас в действии. Двое ослабевших оборотней против двух моих людей? Или четырех? Что думаете? Пожалуй, на таких нелегальных боях можно даже будет делать большие деньги!

— Ваш хваленый бизнес пострадает, если вы запятнаете себя нелегальными боями, — подсказываю ему с умным видом, дабы опустить с небес на землю. Хмыкнув, Давид переводит задумчивый вид с меня на Кейсера и наконец решительно кивает.

— И то верно. Одного показательного боя будет достаточно. Не сомневаюсь, что мои люди меня не посрамят, я набираю только самых лучших! Кейсер, ты слышал наш разговор с Алекс, не притворяйся, — не вопрос, а утверждение, которое Кейсер встречает с холодной яростью в глазах, шумно выпуская из ноздрей воздух.

— Двое против одного, — говорит резко, не глядя на меня, — а ее отпустишь.

— Среди волков феминизм не развит? Это освежает! — забавляется Давид. — Нет уж, не лишай меня удовольствия посмотреть, как твоя женщина дерется. Послушайте, мне неинтересно видеть, как вы бултыхаетесь в луже крови после двух минут драки. Отдохните, пополните силы. Встретимся через несколько часов, — заявляет он и оставляет нас с Кейсером наедине.

Я ожидаю, что меня снова скуют, но вместо этого конвой ведет нас с Кейсером в небольшую комнату, какое-то помещение для персонала, судя по скудной обстановке и отсутствию окон. Вот тебе и забота о сотрудниках, которой так кичился Давид. Я быстро вхожу внутрь помещения, а Кейсера заносят следом и сваливают грудой на кровать и тут же уходят, не забыв накрепко запереть дверь.

Кидаюсь к Кейсеру, стонущему от боли, начинаю осторожно ощупывать его раны, рассматривать каждую, ощущая как свою, чувствуя, что плачу из-за его страданий, слишком живо представляя, как были нанесены те или иные телесные повреждения. Как же он будет драться?!