Книга Последний рассвет, страница 10 – Анна Тодд

— Зачем же их прятать? Они прекрасны. – Я обвожу взглядом пышную зелень по периметру бального зала. – Эти растения – душа интерьера.

Щеки мои пылают: ужасно боюсь показаться грубой или испортить впечатление. Бог знает, что они уже успели надумать обо мне – избалованной доченьке властной, успешной женщины с ярко-красным маникюром и туфлями в тон.

— Обычно гости просят убрать кадки на время свадебной церемонии, чтобы пространство выглядело более изысканно, – поясняет женщина; хотя ее голос звучит мягко, во взгляде читается напряжение.

Однако мама согласна со мной:

— Давайте оставим. Они очаровательны.

И тут в моей голове складывается четкая картинка.

— А если сделать растения частью сюжета? Как вам… ночной лес?

Страсть к дизайну интерьера и искусству создавать гармоничное целое из разрозненных деталей разгорается во мне с новой, почти забытой силой. Признаться, такого творческого подъема я не испытывала уже очень давно. Мое воображение дремало месяцами, а сама я, опустошенная и потерянная, заново искала себя. Танцы – любовь всей моей жизни – остались в далеком прошлом, превратившись в болезненное напоминание о том, что я потеряла.

Я отгоняю горечь, направляя всю энергию на то, что мне еще подвластно, – создание и воплощение идей. Эта внезапная уверенность и прилив сил удивляют меня, и я спешу за них ухватиться.

— Именно поэтому я тебя и пригласила. – Мама обводит взглядом организаторов, сделав приглашающий жест в мою сторону. – Моя дочь в двадцать один год уже руководила глобальной реконструкцией нашего головного офиса в Далласе. У нее безупречный вкус, так что просто следуйте ее указаниям, и все пройдет как по маслу.

Мама улыбается, но в ее тоне проскальзывают нотки агрессии. Женщины перед ней понятия не имеют, что эта приторная улыбка лишь маска. Один взмах ее руки – и все они мигом лишатся работы, а мама и глазом не моргнет.

— Отлично, – отвечает одна из них.

Мы переходим к шторам, и я осторожно предлагаю закрепить их под потолком, чтобы не прятать великолепные панорамные окна. Поскольку мероприятие запланировано на вечер, нам подойдут фонарики с теплым желтым светом – они не будут создавать бликов на стеклах. Вдохновение бьет ключом, и время пролетает незаметно.

Мы с мамой и Леной направляемся на поздний обед. Стол уже накрыт, и у меня глаза разбегаются от обилия незнакомых блюд. Мама же мгновенно оживляется: конечно, обстановка знакомая. Несмотря на испанские корни, мама никогда не знакомила меня с кухней своей страны – да и с морепродуктами в целом, если не считать лобстеров, которые мы однажды заказали в стейк-хаусе. Мой гастрономический кругозор, увы, весьма ограничен, но я полна решимости восполнить этот пробел здесь, на Майорке. По привычке сфотографировав блюда, я берусь за вилку.

В жизни не видела, чтобы мама ела с таким аппетитом! Блаженно прикрыв глаза, она с нескрываемым наслаждением вдыхает ароматы. Видеть ее такой – истинное удовольствие. Скол на ногте, который я заметила утром, исчез, будто его и не было, и это ничуть не удивляет. Я стараюсь смотреть на маму пореже – боюсь, она заметит мой интерес и снова включит режим самоконтроля, – но не могу удержаться. Лена ловит мой взгляд, и легкая понимающая улыбка трогает уголки ее губ. Она тоже заметила необыкновенный мамин аппетит.