Книга Последний рассвет, страница 55 – Анна Тодд

— Можно мне тоже, пожалуйста? – прошу я.

— Ри, с твоими лекарствами… – заводит мама старую песню.

— Мне можно кофе. Я хочу эспрессо. Не переживай, от этого я точно не умру.

Лена заливается краской – да уж, не повезло ей оказаться между двумя женщинами семейства Пера.

— Ладно, поняла. Ох, прошу прощения… – Мамин телефон вибрирует, и она отвечает на звонок. – Что значит, он отказывается? Этот гаденыш…

Она осекается, поймав мой взгляд. Прикрыв динамик рукой, мама шепчет, что скоро вернется, и выходит на террасу. По языку ее тела я понимаю – она в ярости. Нервно расхаживая взад-вперед, она бурно жестикулирует, не переставая говорить.

— Она с утра сама не своя. Представляешь, продавец хочет отказаться от сделки – и по компании, и по земле с портом, которыми он владеет! Если это произойдет… – Лена наклоняется ко мне, и сильный аромат ее парфюма щекочет мне ноздри. – Только не говори, что я тебе рассказала. Короче, если сделка сорвется, нам конец. Мы ведь здесь, по сути, только ради нее. Это будет катастрофа.

Лена вытирает пот со лба и вымучивает из себя улыбку.

— Лена, как вы держитесь? Ежедневное общение с мамой, весь этот стресс, который вы принимаете на себя…

Я знаю Лену добрую половину жизни и считаю этот вопрос абсолютно уместным. Мне трудно даже представить, под каким давлением она находится изо дня в день. Нужно постоянно контролировать все мамины дела: следить, чтобы она поела, никуда не опоздала, ничего не забыла… Полгода такой жизни под маминым началом – и я бы либо уволилась, либо схлопотала сердечный приступ.

— Я люблю свою работу, – бесстрастно, словно робот, отвечает Лена.

— Наглая ложь, – улыбаюсь я, бросая кубик коричневого сахара в кофе.

— Мне дорога моя жизнь, – Лена подмигивает, кивнув на маму, – поэтому я знаю, что и когда говорить. К тому же мне хорошо платят. Постарайся ее понять, Ория. Будь снисходительнее. Твоя мама не плохой человек. Когда заболела моя племянница, она дала мне целый месяц оплачиваемого отпуска, покрыла все дорожные расходы и даже позаботилась о еде для моей семьи. Никогда этого не забуду.

Эту историю я слышу впервые. Вот уж не ожидала, что мама на такое способна – даже для Лены, которая ей ближе всех. Интересно, они часто обсуждают настолько личные вещи, или это разовая акция, когда у Лены просто не было выбора? Держу пари, Лена знает о жизни и характере моей матери гораздо больше, чем я.

— У твоей мамы есть и другая сторона, Ория, – продолжает Лена, делая глоток эспрессо из изящной фарфоровой чашки. Она аккуратно ставит ее на блюдце, и в тишине раздается приятный мелодичный звон.

— Похоже, эта сторона исключительно для тебя, – вздыхаю я, когда мама возвращается к столику. В лаконичном деловом костюме и на высоких каблуках она выглядит строго и величественно.

— Лена, мы едем в порт, немедленно. Прости, Ри, гастротур отменяется. Кстати, я заказала для тебя портативное зарядное устройство, – сообщает мама, залпом выпивая эспрессо.

Лена моментально вскакивает и просит прислать счет в ее номер.

— Мы планировали прогулку на яхте, а не гастротур, – шепотом говорю я, глядя, как они исчезают в проеме арочных дверей.

Выхожу из лифта в вестибюль, и на сей раз Амара стоит за стойкой, а не целуется с Риши в укромном уголке.