Книга Последний рассвет, страница 60 – Анна Тодд

Его указательный палец касается моей подвески, медленно скользит вниз – по груди и гладкой коже живота, обводит пупок… Я замираю, забыв, как дышать. Деревянная палуба уплывает из-под ног, когда пальцы Джулиана касаются края моих плавок, опускаются ниже… Боже мой.

— Я знаю. И мне это нравится, – бормочет он, но я уже давно потеряла нить беседы.

Сейчас значение имеет лишь мое тело – разгоряченное, жаждущее прикосновений, влажное и пульсирующее под тканью… Джулиан мягко отстраняется, целует меня в щеку и нежно касается кончика моего носа. Он ставит лодку на якорь, и я оглядываюсь по сторонам. Море безбрежно, вокруг нас – ни души. Вдали, на горизонте, виднеются лишь несколько пестрых лодок – слишком далеко, чтобы разглядеть их обитателей.

— Терпение – высшая добродетель, – говорит Джулиан, проводя языком по верхней губе. Он забрасывает сеть за борт, и она исчезает под мерными волнами.

Пока мои гормоны приходят в норму, Джулиан с увлечением демонстрирует свои рыбацкие навыки. Он ловит и разделывает рыбу, а я изо всех сил стараюсь не морщиться, наблюдая за работой. Я любуюсь напряженными мышцами его рук и спины, восхищенная тем, насколько естественно он себя чувствует.

Джулиан рассказывает, что с самого детства проводил в море куда больше времени, чем на суше; как его дед основал семейный бизнес; как часто им приходилось терпеть лишения, чтобы развиваться и идти в ногу с изменчивым миром.

Мы плывем туда, где, по словам Джулиана, находится одна из немногих бухт, уцелевших от загрязнения из-за многочисленных строящихся курортов. Он показывает фотографии до и после того, как туристы начали стекаться сюда толпами; рассказывает, как ревностно он относится к сохранению чистоты моря и обеспечению работой островитян. Джулиан расспрашивает о танцах – ему очень интересно, где я научилась красиво двигаться. Я рассказываю ему об основных вехах этой истории – без надрыва, без драмы и лжи… но и без финальных штрихов.

— Мне еще столько нужно узнать о тебе, Ория. Я готов разговаривать с тобой часами, днями и месяцами, – признается он, ополаскивая руки за бортом.

— У нас только одно лето, так что давай быстрее, – напоминаю я и ему, и себе, что времени не так много. Для нас обоих лучше не заходить слишком далеко… Как будто это так просто! Я мысленно ругаю себя за то, какой я порой бываю занудой.

— Не напоминай, – коротко говорит Джулиан и приступает к уборке.

Я вызываюсь помочь, но он, разумеется, отказывается. Советует мне нанести побольше солнцезащитного крема и приносит кружку с водой. Несмотря на его суровый вид, Джулиан привык заботиться о людях и получает от этого удовольствие.

Внезапно раздается резкий гудок, и я испуганно оглядываюсь. Рядом с нами проплывает небольшая рыбацкая лодка, с борта которой нам приветливо машет рукой мужчина. У него густые и длинные волосы, крепкое тело, и он… отец Джулиана! Это видно даже издалека.

— Pare! – с улыбкой приветствует Джулиан, помахав рукой в ответ.

Я что, прямо сейчас познакомлюсь с его отцом… в таком вот виде? Я вся мокрая и жутко стесняюсь. Нервно приглаживая спутанные влажные волосы, я лихорадочно ищу одежду, чтобы накинуть поверх купальника.

— Estic en una cita, vés a casa. O en qualsevol altre lloc, però vés!^[11] – кричит Джулиан, а я как дурочка улыбаюсь и машу рукой, не зная, куда себя деть.