Книга Последний рассвет, страница 95 – Анна Тодд

— Она в принципе не бывает довольна, – усмехаюсь я, закатив глаза, и Джулиан напрягает плечи, чтобы скрыть смех.

— Ри! – восклицает мама, расплываясь в улыбке – такой широкой и радушной, будто встретила старого друга, а не единственную дочь и сына человека, которого однажды любила, а теперь вознамерилась уничтожить. – О, и Джулиан здесь! Спасибо, что заглянул.

Ого, да по ней «Оскар» плачет!..

— Вы, наверное, знакомы? Джулиан Гарсия, – сообщает она гостям, будто все мы здесь заодно. На лицах собравшихся мелькает минутное замешательство и тут же исчезает под ее пристальным взглядом.

— Рада, что тебе уже лучше, Ри. – Мама обводит гостей многозначительным взглядом – наверняка успела наплести им небылиц о моем недомогании и внезапном исчезновении.

Я чувствую легкую панику. А вдруг она рассказала им про больницу? А вдруг кто-то ляпнет про мою эпилепсию или туберозный склероз? Вот будет подарочек!

Мне удается выдавить из себя подобие улыбки.

— Я испачкала платье и хотела немного отдохнуть от шума. Простите, что заставила ждать. – Я слегка склоняю голову перед гостями, изображая саму невинность, но от цепкого взгляда матери не ускользают мои растрепанные волосы и поплывший макияж.

Приподняв бровь, я с вызовом смотрю на нее, словно говоря: «Да-да, это именно то, что ты думаешь».

Лена улавливает напряжение и тут же включает инстинкт миротворца. Она бросает выразительный взгляд на одного из адвокатов, который собирается обратиться к Джулиану; тот вовремя осекается. Лена жестом приглашает Джулиана за стол, втиснув свободный стул между нашими с ней местами.

Мамины пальцы с силой впиваются в край стола, комкая темно-серую скатерть. Она горит желанием вмешаться, однако сдерживает порыв – сейчас не время для необдуманных слов.

— Присаживайтесь рядом с Орией, и давайте ужинать, – миролюбиво улыбается Лена, и Джулиан благодарно кивает, опускаясь на стул – с таким видом, как будто он истекает кровью в бассейне, кишащем акулами.

В каком-то смысле так оно и есть.

Ужин длится целую вечность.

Наконец мы с Джулианом встаем из-за стола. Все это время он держал руку на моем бедре и не проронил ни слова. Мы стойко выдержали это испытание, чтобы мама наконец поняла – нас так просто не разлучить.

Чем дальше мы от стола, тем легче дышать. Джулиан высказывает все, что накипело: еда, мол, была отвратительной, и он не понимает, как я могла годами терпеть пресные, бездушные деловые ужины! Музыка вновь набирает обороты. Ищем в толпе Амару и Риши. Конечно, они остались без ужина: официальных приглашений у них нет, а места распределены строго по спискам. Впрочем, парочку это совсем не волнует.

— Ты все-таки пришел, – усмехается Амара, легко подтолкнув Джулиана плечом, и переводит теплый взгляд на меня. – Лучше поздно, чем никогда, верно, подруга?

Она знает – знает, как отчаянно я хотела, чтобы Джулиан пришел. Амара понимает меня без слов.

— Погоди-ка, на тебе ведь было зеленое платье? – спрашивает она, недоверчиво разглядывая мой наряд. Потом замечает мои растрепанные волосы и чуть смазанный макияж и хихикает, многозначительно глядя на нас с Джулианом.

— Ладно, ладно. Я поняла, – смеется она, цокнув языком. – Что ж, голубки мои, рада, что вы наконец помирились! А то как подумаю, что придется выбирать чью-то сторону… Да и тебя отпускать совсем не хотелось. Ты ведь больше никуда не улетаешь, Ория? – Амара берет мои руки в свои, и внутри у меня все сжимается.