Книга Ловушка шелкопряда, страница 13 – Рин Чупеко

Ох-ох…

— Ки!

Она отскакивает и исчезает, оставляя меня в комнате, полной незнакомых людей. Я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, постепенно осознавая, что люди все еще смотрят на меня и начинают перешептываться.

— Представление окончено, ребята, – пробормотал я, засовывая деньги обратно в карман и краем глаза замечая в дверях Триш и Кендалл. Первая выглядит одновременно очарованной и испуганной. Состояние второй понять немного сложнее. Она смотрит на меня со странным выражением лица.

Стараясь держаться как можно более достойно, я вышел из столовой и направился в туалет. Убедившись, что поблизости никого нет, я прислонился спиной к дверце кабинки.

— Окику.

Она появляется на потолке и смотрит куда угодно, только не на меня.

— Что все это значит, Ки?

— Ничего.

— Черта с два, – возразил я. – Ты была готова содрать с тех парней кожу.

— Они мне не нравятся.

— Они не нравятся всем, кто в здравом уме. Кстати, это многое говорит о местных учениках, потому что они-то их любят. Ты нервничаешь из-за сегодняшней ночи?

Возникла пауза, после которой Окику кивнула. У меня появилось такое чувство, будто она чего-то недоговаривает, но я решил пока что оставить это без внимания.

— Не думай об этом. Знаю, тебе не терпится, но давай не будем пугать людей больше, чем необходимо. Сможешь продержаться еще немного?

Окику снова кивнула, на этот раз более решительно.

— Отлично.

И все же, когда мы вышли из туалета, я не мог не беспокоиться. У Окику никогда не было от меня секретов, но расспросы придется приберечь до того момента, когда работа будет сделана, а моя подруга-призрак успокоится.

Ночь обещает быть долгой.

Когда я вошел в дом, запах еды подсказал, что папа вернулся как минимум час назад. Будучи признанным ценителем еды навынос в округе Колумбия, я научился определять настроение отца по блюдам, которые он приносит домой на ужин. «Ло Ван» означает, что он планирует поработать дома, так что лучше не беспокоить его до конца вечера. «Тай Ман» говорит о том, что он планирует отдохнуть, посмотреть одну или парочку игр.

Еда из «Кузина» – греческого заведения, которое, как он знает, мне нравится, – намекает, что он хочет поговорить со мной как отец. Правда этот разговор никогда не заходит дальше вопроса, как дела в школе, и выражения легкого разочарования по поводу недостатка внеклассных мероприятий в моем расписании. Японская кухня от «Суши-я» уводит беседу дальше, к урокам музыки или спортивным лагерям, в которые он предлагает мне записаться, хотя я всегда нахожу миллион причин, чтобы отвергнуть его идеи.

Но в этот раз все по-другому. Мои глаза становятся в два раза больше, когда я улавливаю слабый запах подгоревших макарон. Папа готовил, а такие мероприятия всегда заканчивались выездом дежурной команды пожарных.

Я бросил рюкзак на диван и помчался на кухню, где папа раскладывал по тарелкам набор предварительно нарезанных трав, расфасованных по крошечным дорогим контейнерам. Такие продаются специально для тех, кто понятия не имеет, как пользоваться плитой, но все же хочет попытать удачу. Отец сменил деловой костюм на рубашку поло и брюки, которые можно описать, только если назвать их наполовину джинсами и наполовину спортивными штанами.

Папа говорит на четырех языках и может простой презентацией в PowerPoint выжать миллионы долларов из условий мирового соглашения, но попросите его приготовить пищу, и зрелище будет таким же, как если бы котенок пытался включить газонокосилку. Самые ужасные фразы, которые можно услышать от моего отца на кухне, это «А для чего эта ручка?» и «Уверен, так и задумывалось».