Книга Бессмертный, страница 136 – Эмма Хамм

— У меня есть план, – пробормотала она.

— Хочешь использовать мою магию и сровнять это место с землей? Да, ты контролируешь нашу магию, но знаниями для этого точно не обладаешь. Такое количество магии может запросто убить тебя. Ты не проводник. Ты певчая могил. – Он повернулся к ней, нахмурившись в явном беспокойстве. – И я понимаю, что ты не знаешь между ними разницы.

— Это правда. – Джессамина пожала плечами. Для всех остальных она, наверное, выглядела сумасшедшей, которая разговаривает сама с собой. – Но сейчас это неважно. Я зла. Впервые в жизни я могу свободно это выразить, и никто меня не поучает. Я заслуживаю знать правду.

Он посмотрел на нее, в его глазах распалился такой пожар, какой она видела только однажды – когда бог стоял на коленях между ее бедер. Джессамина знала, что он был готов уложить ее прямо здесь, наплевав на всех. Элрик хотел ее так сильно, что от одного его взгляда Джессамине пришлось сжать бедра и молиться, чтобы никто из жителей не увидел ее реакции на незримое божество.

— Все-таки отрастила зубки? – пробормотал он, облизывая губы. – Показывай их почаще, кошмар. То, что я хочу сотворить с тобой в такие моменты, истинный грех.

— Вполне в твоей природе.

— Как и в твоей, оказывается.

Элрик был прав.

Она так долго боролась с этой стороной своей души. Все всегда говорили ей быть послушной дочерью. Милосердной принцессой. Девушкой, которая отдает себя полностью. Теперь же Джессамина отказывалась жить по навязанным правилам.

Сегодня она будет забирать. Девушка повернулась к толпе, подняла взгляд на самое высокое здание и закричала во все горло:

— Каллум Квен! Я пришла за тобой!

Ее крик эхом разнесся между зданиями, отражаясь от них, пока не вырвался наверх, как дым из жерла вулкана. Все вокруг смотрели на нее так, будто она совсем лишилась рассудка.

Может, их подозрения были не так далеки от правды. Но, черт возьми, как же это здорово.

Скорее всего, Боунз побежал искать Каллума, потому что королевский страж не заставил себя долго ждать.

Дверь третьего здания распахнулась, и из нее показался крупный мужчина – все еще с седыми волосами на висках. У Джессамины сжалось сердце. Ей было больно смотреть на него, на его лицо. Оно застыло с укоризненной гримасой, будто мужчина был готов отчитать ее, как маленького провинившегося ребенка.

На нем больше не было привычной темно-синей формы. Вместо этого мужчина был одет в белую рубашку и черный китель с высоким воротником. Джессамина почувствовала, как волосы на затылке встают дыбом от мысли, что здесь он выглядел намного более гармонично, нежели в замке.

Люди расступились перед ним, как волна разбивается о камень. Никто не хотел подходить к Каллуму слишком близко. Джессамина наблюдала за происходящим и понимала, насколько ситуация паршивая. Очень паршивая.

Элрик пробормотал:

— Я беру слова назад. Это не осиное гнездо. Это самое настоящее логово гадюк.

— Думаю, ты прав, – прошептала она, как раз когда Каллум остановился перед ней с раскрытыми руками.

— Я так боялся, что ты действительно умерла, – сказал он. – А теперь только взгляни на себя! Вернулась в родной дом.

Она хотела услышать эти слова, когда впервые неслась навстречу смерти. И они были полны лжи.

Элрику не нравилось, как разворачивались события, но он понимал, что Джессамина должна сама через это пройти. Ему не составляло труда стать голосом в ее ухе, как тогда с Бенджи. Направить ее на путь победы, когда девушка терпела неудачи. Но сейчас все было по-другому. В этот раз она не проиграет.