Книга Зимние Боги и Змеи, страница 244 – Венди Хейсс

— Аларик тебя вырастил? — мне хотелось узнать о её жизни до возвращения в Исийорд. Аларика Драву знал даже я. Его имя было известно всем.

Она подняла на меня золотые глаза, полные озорства.

— Почему спрашиваешь? Хочешь убить и его?

— Сноу! — она рассмеялась над моим раздражением. — В тот день ты назвала меня Алариком.

Она замерла и немедленно ушла от ответа, как всегда.

— Во сне плохо видно. Я ибрис, а не летучая мышь.

Я скрестил руки. Её логика восхищала.

— Летучие мыши спят с закрытыми глазами.

Она закатила прекрасные глаза.

— Ты понял, адриатиец.

Я поджал губы и покачал головой.

— Не совсем.

На её лице появилась улыбка, и моя почти неосознанно повторила её.

— Теперь моя очередь, — она подалась вперёд со всем своим нетерпением. — Допустим, у меня есть умелый боец и красивый Умбра. Как им пробраться сквозь завесу ремесленника? Желательно незаметно, — глаза сверкали от одной мысли.

Она снова закрутила моё терпение по кругу. Напряжение стянуло шею, и я повёл ею из стороны в сторону, пытаясь расслабить мышцы.

— Нет, — твёрдо ответил я.

Её лицо вытянулось.

— Ладно. Обойдусь умелым бойцом, — она поднялась. Боги, эта женщина меня убьёт.

Я немедленно последовал за ней.

— Что там настолько важного, что ты обязана попасть внутрь? — впереди уже показалось крыло, в котором мы были той ночью. Если каменные стены могли выглядеть зловеще и угрожающе, то эти выглядели именно так.

— Отвечу, как только выясним, — мы остановились перед огромными тёмными дверями. Завесы ремесленника больше не было. Вокруг царила пустота, будто здесь и правда никогда не существовало жизни. Сноу приоткрыла дверь. Скрип ржавых петель и тяжесть дерева разнеслись по безлюдным коридорам. Я выпустил магию и разогнал тени, оставив лишь слабый свет снаружи. Внутри не оказалось ни людей, ни вещей. Совершенно пусто.

Она медленно обошла комнату. На лице застыло неверие.

— Ты говорил, что я не сошла с ума. Мы видели их здесь той ночью или нет? — она раздражённо застонала, оглядывая неожиданно пустые помещения.

Я осмотрел пространство, затянутое паутиной и пропитанное запахом смерти.

— Меланта наверняка поняла, что ты вернёшься, и предупредила отца. Что бы они ни прятали, оно должно остаться скрытым. Что именно тебя пугает, Сноу? Что, по-твоему, он скрывает?

Она тяжело выдохнула.

— Ничего, что мне понравится. Ты чувствуешь здесь что-нибудь странное?

Я расширил магию, хотя на это уходила истощавшаяся жизненная энергия. Снова оглядел комнату и замер. Неужели она тоже это ощущала? Здесь и там прятались пятна неестественно светящихся зелёных теней. Всё помещение гудело от сильной магии ремесленника и ещё чего-то неземного.

— Здесь проводили обряды. Сильное ремесло. Не могу понять какое. Портальщики, зельевары, призыватели или медиумы. Что бы это ни было, след остался тяжёлый.

Она присела и закрыла лицо ладонями, глубоко задумавшись. Почему происходящее было настолько важно? Она искала сведения о соларийских налётчиках, привлекла Самуэля, а теперь преследовала тёмную ремесленницу отца. Это тревожило её слишком сильно. Сначала думал, что принцесса собирает сведения, чтобы усилить положение при дворе, но теперь ничего не складывалось.

За спиной послышался шорох, и я схватился за меч. Мемфис стремительно ворвалась внутрь, зарычала на меня и свернулась рядом со связанной с ней женщиной, которая сидела на полу. Сноу подняла голову и осмотрела оружие.