Книга Зимние Боги и Змеи, страница 364 – Венди Хейсс

В ночь нападения часть жителей Мирдура тайно отступила к глубоким пещерам и тоннелям, скрытым среди Волантского хребта, и сумела спастись.

Туман был магией, защитой, оставленной моими предками, древними Скайгардами. Он скрывал наше присутствие и оберегал племена Олимпии, пока они оплакивали гибель крупнейшего из них, Мирдура, племени, из которого происходила я.

Пока весь континент считал олимпийцев погибшими, Олимпия возрождалась изнутри, в самом сердце высочайших и суровейших гор Волантского хребта. Моя мать, последняя живая представительница королевской крови, была замужем за королём Исийорда. С помощью Аларика и всех племенных вождей она издалека создала новый совет и заложила королевство на основании древнейшего города нашего народа. Новая Олимпия начала расти там, где впервые поселились предки, глубоко между горами, небом, облаками и туманом.

После нападения Адриаты, когда отец изгнал меня из Исийорда, Аларик привёз меня в Олимпию, где несколько лет обучал и готовил. В день моего шестнадцатилетия двенадцать племенных вождей короновали меня как последнюю олимпийку королевской крови, наследницу по рождению и праву, свою королеву. Я заняла место Аларика, который по указу матери восемнадцать лет служил регентом.

Отец не сумел уничтожить Олимпию, хотя именно это задумал и считал уже свершившимся. Первые годы были тяжёлыми, однако теперь королевство процветало, а численность народа, его сила и власть непрерывно росли.

Не хочу совсем обесценивать труд, за который он так яростно боролся. Отец не потерпел полного поражения, всего лишь оглушительное. И адриатийцы всё-таки не так уж ошибались, когда боялись его намерения создавать оружие массового уничтожения. Но планы отца разрушила вовсе не Адриата. Это сделали моя мать, Эрен, Тора и я.

— Сообщи королеве Морико, что отец собирается похитить с её земель части скипетра Авроры. При необходимости отправь наших солдат, чтобы помочь их защитить.

Как и обещала, теперь моя поддержка принадлежала ей, а её поддержка мне. После нашей встречи я послала Аларика в Ханай, и он рассказал королеве о моём истинном положении.

Он несколько мгновений ошеломлённо смотрел на меня, пока наконец не осознал услышанное. Я подробно пересказала всё, что дядя обмолвился и раскрыл, включая намерение отца использовать Стража так же, как когда-то он хотел использовать меня. Скипетр Авроры нигде не упоминался. Судя по описанию дяди, было нетрудно понять почему. И всё же отец каким-то образом учуял его след.

— Он так или иначе получит своё оружие массового уничтожения, верно? — потрясённо спросил Аларик.

Осознав то же самое, я тяжело вздохнула. Затем сняла перчатки и показала печать на запястье. Под ней располагались ещё восемь знаков сделок, заключённых с каждым лордом и Реником Салазаром, которые поклялись мне в верности.

Его глаза расширились, рот приоткрылся, но слова будто примёрзли к языку. Он лишь прошептал.

— Мирдур? — взгляд скользил по рунам древнего языка, складывающимся в название города и охватывающим моё запястье, словно браслет.

Я кивнула.

— Моя кровная клятва. Мирдур принадлежит мне. Он снова стал Олимпией.

Аларик нахмурился.

— Твой отец узнает, что ты жива, как только попытается войти, а земля его не пропустит.

— Земля пропустит его, потому что я разрешу. По крайней мере, пока нам ещё нужно скрываться.