Книга Последняя станция — море, страница 42 – Алисия Роуден

— А что ответил ты?

Тишина.

Потом голос произнёс:

— Я сказал, что вернусь.

Вера медленно открыла глаза.

Нет.

Отец не говорил, что вернётся. Он обещал вернуться, только если она отпустит его. Это была совсем другая фраза. Именно в этом заключалась разница, которую она помнила теперь слишком ясно.

— Ты не мой отец, — сказала Вера.

Красная лампочка погасла.

В темноте что-то тяжело ударилось о стену, затем послышался звук удаляющихся шагов.

Через несколько секунд освещение восстановилось.

Костя стоял рядом, опустив голову.

— Ты знала, что это не он? — спросила Вера.

— Нет.

— Тогда почему ты испугался?

Он не ответил.

Вера отпустила его руку.

— Я больше не могу продолжать так. Ты появляешься, говоришь, что ничего не помнишь, потом вдруг знаешь то, чего не должен знать. Ты говоришь, что мой брат, но не можешь объяснить, почему я тебя не помню. А когда я начинаю верить, появляется кто-то, кто утверждает обратное.

Она говорила тихо, но каждое слово давалось ей с трудом.

— Я хочу тебе помочь. Правда. Но я не могу просто выбрать ту версию, которая мне больше нравится.

Костя поднял голову.

— Я понимаю.

— Нет, не понимаешь. Ты не представляешь, каково это — всю жизнь думать, что у тебя был отец, который просто исчез. Потом узнать, что у тебя, возможно, был брат. А затем понять, что ты сама могла быть причиной того, что с ними произошло.

— Ты не была причиной.

— Откуда ты знаешь?

Костя посмотрел на неё.

— Потому что я помню, как отец держал тебя на руках, когда ты родилась. Он боялся даже передать тебя маме. Всё время проверял, дышишь ли ты. Потом, когда ты подросла, он говорил, что ты должна научиться уходить оттуда, где тебе плохо, даже если очень хочется остаться.

Вера ничего не ответила.

Она не знала этого. Или знала когда-то и забыла.

— Он не хотел, чтобы ты отвечала за нас, — продолжил Костя. — Он хотел, чтобы ты жила.

— А ты?

— А я хотел, чтобы ты меня помнила.

Вера посмотрела на него.

В этих словах не было ни обвинения, ни просьбы. Только усталость человека, который слишком долго оставался без имени.

Она вдруг поняла, что всё это время пыталась получить от Кости доказательства того, что он её брат, но ни разу не спросила, чего хочет он сам.

— Ты хочешь вернуться? — спросила она.

Костя задумался.

— Да.

— Домой?

— Я не помню, как выглядит наш дом.

— Тогда куда?

Он посмотрел в окно.

— Туда, где время идёт.

Вера кивнула.

— Хорошо. Значит, будем искать способ вернуть тебя.

— А отец?

Она не ответила сразу.

— Его тоже.

Костя покачал головой.

— Ты не можешь вернуть всех.

— Почему?

— Потому что кто-то должен остаться.

Вера вспомнила слова проводника.

Ваш отец обменял своё место на его.

Она подумала о матери, которая ждала семнадцать лет. О Косте, которого не помнила. Об отце, который сознательно отказался от возвращения. И о себе, которая, возможно, однажды уже стояла перед таким же выбором.

— Тогда я найду другой способ, — сказала она.

Костя посмотрел на неё с недоверием.

— Ты всё ещё думаешь, что можно обойтись без потерь?

— Нет. Я думаю, что не все потери окончательны.

Поезд замедлился.

За окном появилась полоса света. Сначала Вера решила, что это рассвет, но затем увидела тёмную линию горизонта и белые здания, стоявшие на берегу. Море здесь было совсем близко. Волны ударялись о бетонную набережную, поднимая брызги, которые долетали до рельсов.