Книга Последняя станция — море, страница 49 – Алисия Роуден

В детстве отец показывал ей фотографии побережья, рассказывал о приливах, штормовых предупреждениях и городах, которые пришлось покинуть из-за подъёма воды. Потом море закрыли для посещения. Сначала из-за опасных течений и разрушенных береговых укреплений, затем — из-за карантинных зон и военных ограничений.

Постепенно оно превратилось в нечто почти мифическое. Люди говорили о нём так, будто оно исчезло вместе с прежним миром.

Но вот оно было перед ней.

Серое, тяжёлое, живое.

Вера подошла к краю платформы. Между рельсами росла трава, а в трещинах бетона белела соль. На каменной стене кто-то выцарапал стрелку, указывавшую вниз по лестнице.

Рядом стояли слова:

КАРТА ВЫШЕ. ДОРОГА НИЖЕ.

— Что это значит? — спросил Костя.

— Не знаю. Но, похоже, нам туда.

Лестница вела к узкому проходу между подпорной стеной и скалой. Внизу виднелась дверь, покрытая зелёной краской. Она напомнила Вере дверь в старом депо, которую Семён Ильич велел не открывать.

— Опять зелёная, — сказала она.

— Может, здесь просто любят зелёный цвет.

Вера посмотрела на брата.

— Ты сейчас серьёзно?

— Нет. Я пытаюсь не сойти с ума.

Она впервые за долгое время улыбнулась.

— Разумно.

Они спустились по лестнице. Ветер становился сильнее, и фонарь в руке Веры едва заметно гудел. Голубой огонь внутри колбы наклонялся, хотя пламя не должно было реагировать на ветер через стекло.

У двери висел небольшой металлический ящик. Вера открыла его. Внутри лежал ключ, привязанный к выцветшей синей ленте.

Она вставила ключ в замок.

Дверь открылась.

За ней оказался длинный коридор с бетонными стенами. На полу тянулись следы воды, а в конце виднелась тусклая лампа. Слева стояли шкафы с выдвижными ящиками. На каждом была табличка с датой и названием участка побережья.

Вера прошла вдоль шкафов, читая надписи.

Большинство дат относилось к 2030-м годам. На некоторых ящиках были красные отметки: «Затоплено», «Доступ закрыт», «Объект утрачен».

На последнем шкафу значилось:

МЕТЕОСТАНЦИЯ № 4. СЕВЕРНЫЙ БЕРЕГ.

Вера остановилась.

— Вот оно.

Она выдвинула ящик.

Внутри лежала толстая папка, несколько карт и связка старых ключей. На обложке папки было написано: «Наблюдения за уровнем моря. 2031–2032».

Вера раскрыла её и быстро просмотрела первые страницы. Таблицы, графики, записи о приливах и штормовых предупреждениях. На полях встречались рукописные пометки, сделанные разными людьми.

В конце папки лежал лист с фамилией отца.

А. П. Соколов. Технический специалист.

Вера села на край стола и начала читать.

Запись была датирована 12 октября 2032 года — за два дня до его исчезновения.

Система регистрации переходов работает нестабильно. За последние три недели зафиксировано пять случаев появления поездов вне расписания. Все составы следуют по линии, отсутствующей в технических схемах.

Ниже стояло:

Пассажиры сообщают о встречах с людьми, которых считали погибшими или пропавшими. В трёх случаях после выхода на платформу пассажиры не вернулись к поезду.

Следующая запись была сделана другим почерком:

Наблюдается связь между уровнем воды и активностью линии. Чем выше прилив, тем больше отклонений в показаниях приборов.

Вера перевернула страницу.

На ней отец написал:

Море не создаёт линию. Оно открывает то, что уже существует.

Она перечитала фразу.