Книга Рассвет русского царства. Книга 14, страница 3 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

— Ты не знаешь степь! — возразил он. — То, что ты предлагаешь, невозможно.

Я задумался.

— Тогда ты выставишь полки против меня, и поставишь всех несогласных в один полк, который я уничтожу. После чего ты собираешь мул, мурз… в общем, всю знать, и предлагаешь переговоры со мной. После чего я говорю условие, по которому ты принимаешь христианство или мы уничтожаем всю Орду. В таком свете, ты будешь выглядеть как спаситель.

Хасан встал и прошёлся по клети. Что-то сказал по-татарски, я не разобрал что. Скорее всего, называл меня крайне нецензурными словами. Разумеется, мне это не понравилось и при первой же возможности я показал ему, чего ему по-настоящему стоит бояться.

— А если я тебя всё-таки обману? — не оборачиваясь, спросил он. — Возьму литовское золото, сяду в Сарае и забуду всё, что здесь говорилось?

— Тогда однажды я приду за тобой. Приду и сравняю Сарай с землей. А тебя и твой род уничтожу, как и позабочусь о том, чтобы в истории тебя запомнили животным содомитом.

Он обернулся. И, чего я никак не ждал, усмехнулся.

— Ты точно шайтан! — он посмотрел мне в глаза. — И я верю, что ты так поступишь. Угрожаешь позором, который будет преследовать меня после смерти и при этом сватаешь мне дочь своей княгини… Предлагаешь крест, — он покачал головой. — Скажи мне кто такое четыре года назад, я бы вырвал ему язык.

— Времена меняются.

— Времена меняются, — повторил он, будто пробуя слова на вкус. Несколько минут он молча смотрел на меня. Потом протянул руку. — Я согласен, боярин. Честно, мне даже интересно чего я сумею достичь.

Я пожал ему руку.

— Как обмениваться сообщениями будем? — спросил он. — Гонца ко мне не пошлёшь, письмо перехватят.

— Через купцов. К тебе будут приходить торговые люди с солью и железом. Сам понимаешь, без московского товара степь не проживёт. У одного из них на безымянном пальце будет… — задумался я над простым опознавательным знаком. — Оловянный перстень с трещиной.

— А если придёт человек с перстнем, да не твой?

— Значит, моего человека взяли и распотрошили, — я пожал плечами. — Тогда молись любому богу, какой окажется ближе, и уходи в степь. Но такого не случится.

— Все так говорят, — усмехнулся Хасан. — Ладно, боярин. Перстень с трещиной. Я запомнил, что ещё?

— Сначала подчини Большую Орду, потом посмотрим и… Хасан, лучше не разочаровывай меня.

Он кивнул, и на этом мы расстались.

Выйдя от него, я остановился в переходе и постоял, глядя во двор, где кремлёвская стража меняла караул.

Ставка была рисковая, я понимал это лучше всех. Хасан мог обмануть. Мог погибнуть в первой же стычке, а мог и сесть за престол.

Но рисковал в этой игре только он сам, головой и шкурой, а платил за весь банкет Казимир, свято уверенный, что покупает игрушку себе. С нашей же стороны на кон не ставилось ничего, кроме обручения, которое пока было только на словах.

Что же до брака, то Хасан просто ещё не знал, какими будут условия. Перед тем как жениться, он поведёт свои тумены на Крымское ханство вместе с русской ратью!

Помнится, в реальной истории… дай Бог памяти, османы завоевали Крым в 1475 году. И хоть тут они до сих пор бились с Венецией и половиной Европы, нельзя было допускать турок на эту землю. И если мы опередим их, глядишь, они уже не попрут на нас.