Книга Рассвет русского царства. Книга 3, страница 118 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

— Ты, Дима, сейчас как купец первой гильдии, — смеялся он, когда мы просматривали списки гостей. — Все хотят с тобой дружить. Вон тот, Спиридон, он зерном торгует. А вон тот боярин, что серьги купил, у него табуны знатные.

Мы работали быстро. Пока купцы не разъехались по домам или постоялым дворам, я подходил к ним, уже не как продавец, а как покупатель.

— Почтенный Спиридон, — обратился я к рыжебородому купцу, который бережно прятал ожерелье за пазуху. — Слышал я, у тебя зерно отборное. Мне для Курмыша надобно, и соль.

Купец, ещё размякший от удачной покупки, расплылся в улыбке.

— Для тебя, Дмитрий Григорьевич, лучший товар! И цену дам хорошую, поверь, не обижу.

В тот же вечер я договорился о закупке нескольких десятков голов рогатого скота, нужно было пополнять стадо в Курмыше, чтобы мясо и молоко были свои, а не привозные. Договорился о поставках железа — кричного, полосового, любого, что есть. Моя будущая промышленность требовала сырья. По крайней мере пока своё не налажу. Соль, зерно… — я скупал всё, что было необходимо для жизни растущего поселения.

Но больше всего я слушал. Я узнавал, кому что нужно. Кто ищет пушнину, кто готов платить за воск, кто интересуется льном. Я искал рынки сбыта.

— А оружие? — спросил один из купцов, понизив голос. — Слышал я, ваши арбалеты татар насквозь шьют. Не продаёте?

Я покачал головой.

— Пока нет. Здесь тебе лучше вопрос решать через Шуйских. У меня с ним уговор. — Я сделал паузу. — Но в будущем… кто знает.

Услышав, что я веду дела с Шуйскими, заметил, как люди с ещё большим уважением смотрят в мою сторону.

* * *

Когда всё утихло и терем погрузился в сонную тишину, ко мне подошёл слуга князя.

— Андрей Фёдорович просит тебя к себе, Дмитрий Григорьевич. В малую светлицу.

Я кивнул и направился за слугой.

Князь сидел у окна, глядя в темноту двора. Свеча на столе горела ровно, освещая его лицо, и это лицо мне не понравилось. Куда делась та радость, тот азарт, с которым он вёл торг? Андрей Фёдорович выглядел уставшим и озабоченным.

— Присаживайся, Дмитрий, — кивнул он на лавку напротив, не оборачиваясь. — Поговорить нам надо.

— Я весь внимание, Андрей Фёдорович.

Князь помолчал, барабаня пальцами по столешнице, потом резко повернулся ко мне.

— Скажи, — глядя мне прямо в глаза спросил он. — Какие у тебя планы на жизнь?

Вопрос мне показался странным и, мягко говоря, неожиданным. К чему это сейчас? Но скрывать мне было нечего. Я знал, чего хочу.

— Планы у меня, наверное, простые, княже, — ответил я спокойно. — Буду развивать свою вотчину. Курмыш стоит на границе, место опасное. Там хочу наладить выделку дорогостоящих предметов. Арбалеты ты видел, но это только начало. Есть мысли по механике, по обработке металла. Вскоре собираюсь учиться отливать колокола, дело прибыльное и богоугодное.

Про оружие, про порох и тюфяки я, разумеется, промолчал. Не время ещё.

— Ясно, — кивнул князь. Он снова отвернулся к окну, словно ища там ответы на свои вопросы. — Колокола, это хорошо.

Повисла пауза.

Наконец Андрей Фёдорович вздохнул, после чего произнёс.

— Василий Фёдорович Шуйский мне пишет.

Я насторожился.

— И что же пишет воевода? — осторожно спросил я, поняв, что именно этого вопроса от меня ждут.

— Предлагает мне дочь отдать за тебя.