Книга Князь Андер Арес 12, страница 103 – Тимофей Грехов

— Молись и верь в меня, но раболепное преклонение мне не нужно, — сказал я и пошёл дальше.

В некоторых странах пришлось задержаться.

Лечить людей в городе, который чуть ли не стоит на горе мусора, просто бессмысленно. Я летал над Лагосом и над Аккрой, над Манилой, над Джакартой и над Карачи, над Дели, над Дакой, над Бейрутом, где гора отходов лежала прямо у моря, и всюду видел одно и то же. Свалки размером с районы. Реки, по которым можно было ходить пешком. Ручьи, текущие из-под этих гор прямо в колодцы, из которых пили. Оттуда шла зараза, и без разницы, сколько людей я вылечу сегодня, если завтра они снова будут пить из-под свалки.

Поэтому я всё сжигал.

Ночью, чтобы не собирать лишних глаз, я зависал над свалкой, окружал её куполом, чтобы дым не пошёл в город, и выжигал всё до грунта. Огонь у меня был неземной, он не коптил и не оставлял золы, он просто превращал в ничто пластик, тряпки, гнилую органику и всё, что лежало под ними. Гора в Лагосе ушла за сорок минут. Свалка в Дели, на которую я потратил два часа, была высотой с двадцатиэтажный дом, и утром на её месте лежала ровная выжженная земля. Я оставлял чистую землю, а дальше пусть решают правительства, как распорядиться этим даром.

Реки я чистил чарами. Воду прогонял через зачарованный фильтр, и возвращал обратно прозрачной. Возни с этим было больше, чем с огнём, и к некоторым рекам я возвращался дважды.

Так прошла неделя. Целая неделя без сна и без остановки, и усталости я за собой не заметил.

Потому что с каждым днём молящихся мне людей становилось больше.

Духовная оболочка, раскрывшаяся во мне после первых молитв и начавшая питать душу напрямую, становилась плотнее, и ощущал я её как вторую кожу поверх всех прочих, о которых мне когда-то рассказывала Лилия. Физическая, энергетическая, астральная, теневая, ментальная… и теперь вот эта. Она росла, медленно, но росла.

И я помнил, что сказал Януш. Что моя духовная оболочка будет расти вместе с верой людей и что через сто лет я смогу сражаться с фриранцами. Сто лет… Мог ли Януш ошибаться и этот момент настанет раньше? Я не знал.

То, что я чувствовал сейчас, было первым слоем, а слоёв, судя по всему, требовалась тысяча.

Но даже с первым слоем я понимал, что стал во много раз сильнее, чем был раньше.

При этом в Кемерово я возвращался каждый день, часа на два-три, не больше. Звонил матери, иногда заходил к родителям на обед, также встречался с Соней. Мы ужинали, гуляли по набережной, и один раз она осталась у меня.

Всё это было нужно, чтобы никто не заподозрил, и чтобы не волновать своим исчезновением близких.

И вот пока я прыгал по странам, меня всё сильнее занимало, что делать дальше.

Ещё неделя, и обещание, данное людям на Красной площади, будет выполнено полностью. Каждая больница, до которой я мог дотянуться, будет пройдена, и работы для архангела Михаила на этой планете не останется.

Всё, что можно было сделать для землян, я сделал. Войну остановил, ядерную провокацию сорвал, пятьдесят четыре правителя связал кровью… К слову, их число постепенно растёт, и скоро договором свяжут все страны. И любой нарушивший умрёт вместе с родом до третьего колена.

Больных вылечил столько, что статистика ВОЗ, наверное, сломалась. Я дал людям шанс начать жизнь с нового листа, а дальше дело было уже за ними.