Книга Грехи отцов, страница 71 – Тимофей Грехов

— Рон ты очень напряжен, что случилось? — спросил Чарли.

— Чарли, мой соперник аномально силен, на тесте по проверке магических сил он показал, что сильнее меня на несколько порядков, — сказал я братьям.

— Рон, соберись! — сказал Билл. — Сейчас тебе нужно собраться с мыслями и думать только о схватке.

К нам на площадку переместился Станислав Кощеев, которого я представил своим братьям. С другой стороны площадки, появился мой соперник и его сопровождающие.

— Странно, зачем он взял так много людей? — произнёс вслух глава рода Кощеевых, после чего наколдовал патронуса и что-то надиктовал.

— Станислав, зачем ты здесь? Мы уже всё обсудили сегодня? — спросил недовольно Юрий Нарышкин.

— Юра, мне стало интересно посмотреть, как сильно ты старался, — Кощеев сделал вид, что кашляет и сделав паузу продолжил, — в обучении своего сына.

На лице Нарышкина отобразилась злоба. Он тоже просматривал воспоминания ссоры его сына и Уизли. И прекрасно понял, что заминку Кощеев сделал осознанно.

В это время секунданты подошли друг к другу и специальными заклинаниями проверили фехтовальное оружие и волшебные палочки. Свою волшебную палочку из дуба и волоса единорога я до сих пор не поменял. Мне она нравилась, к тому же в последнее время я использовал кольцо в качестве проводника.

После проверки оружия нас проверяли на выпитые зелья и спрятанные артефакты. Я рассматривал Романа Нарышкина своим магическим зрением. Мне было непонятно, как он развил своё ядро. Оно было больше моего, каналы, шедшие от него, были толще. Но при этом цвет его ядра был красным с вкраплениями коричневого цвета. Это было неправильно, и я стал рассматривать его более плотно. Дальнейший осмотр только добавил мне вопросов. Оболочки его ядра и каналов были очень тонкими. Будто его магическая сила выросла одномоментно и оболочки не успели уплотниться. Но как можно было так вырасти?!.. И меня осенило — он использовал ритуал поглощения. Точно такой же, как и я. Но у нас была разница, свою магию я тренировал постоянными упражнениями, также проклятие печати предателя крови закаляло ядро, постоянно выпивая мою магическую энергию. Он же просто поглотил магическую энергию другого существа или одушевленного предмета.

Наконец-то мы прошли на площадку, где секунданты предложили решить дело миром. Мы оба отказались. После чего начался бой.

— Expelliarmus — произнес я и красный луч летит в сторону Нарышкина, от которого он уклоняется.

— Stypefi — летит ответ, который я принимаю на наколдованный щит.

Мы постепенно сокращаем дистанцию. Когда дистанция стала приемлемой и уклониться с такого расстояния будет сложнее, я бью под ноги.

— Bombarda Maxima —взрывным заклятьем я выбил осколки камня и щебня, которые с разных сторон полетели в Романа. Я же сразу бью по площади зимним вихрем,который налетает на Романа, не давая ему видеть меня.

Я думал, что побеждаю, до момента, когда Нарышкин взмахом палочки нейтрализовал заклинание вихря. В ответ от него в меня полетела связка из трех заклинаний, которые я бы не рассмотрел, не обладая магическим зрением.

Костедробильное принимаю на наколдованный щит Protego, второй луч — Stypefi —парирую рапирой, а третье заклинание, которое считается позорным в использовании благородными людьми, было — заклинание поноса, медицинское заклинание, которое сложно заметить. Нарышкин специально активаторы первых двух заклинаний выкрикнул, а третье заклинание прошептал. Я делаю вид, что меня достало заклинание чистого кишечника. Это позорное заклинание, которое поставило бы крест на моём проживании в Российской империи, так как уже завтра на каждом переулке знали бы подробности дуэли.