Книга Кусадьба. Требуется горничная!, страница 83 – Анастасия Буянкина

От его пристального внимания у меня сердце было не на месте, а теперь к этому ощущению примешалась ещё и неловкость.

— Боюсь, Николина не согласится, — только и усмехнулась я.

— Николина? — встряла вдруг Гризельда. — Старшая дочурка с такими красивыми огненными локонами? Ха! Да у меня тут и туфельки найдутся, и кое-что из украшений… Не тревожься, милочка, она и без того обрадуется.

Она сделала небольшой круг по подвалу, осматриваясь, а потом с ликующим возгласом спикировала в дальний угол — там друг на друге стояли несколько коробок. Я лишь порадовалась, что они хотя бы составлены ровно: те сломанные стулья всё-таки пришлось разобрать, иначе они могли рухнуть на кого-то в любой момент.

— Всё здесь, — Гризельда ткнула когтистым пальцем в коробки, и он прошёл верхнюю насквозь. — Берите что хотите. Конечно, часть обувки безнадёжно вышла из моды… Но тут уж вышло как вышло, не рыдать же.

Мы принялись разбирать туфли, ботиночки и сапоги, которых у Гризельды было великое множество. Часть моделей и впрямь устарела настолько, что соблазниться ими могли лишь ценители былых эпох. К счастью, таких я знала — даже у нас в Нирле жили дамы, которые восхищались модой прошлого. Кто-то из них одевался так, словно вышел из времён правления вампиров, постоянно, а другие надевали подобные наряды лишь по особым случаям.

Главное, что желающие купить вещи Гризельды точно найдутся.

Иногда я задумывалась, насколько истаяли сбережения Виктора. За первую неделю мне заплатили день в день — рано было делать выводы, — но я не сомневалась, что и дальше будут платить исправно. Всё-таки горничная здорово облегчала им жизнь.

Но куда сильнее эту самую жизнь облегчила бы куча золота. А значит, нужно привести здесь в порядок всё, что можно (и даже кое-что из того, что нельзя) — и устроить грандиозную распродажу. Но не на пороге кусадьбы.

— Скажите, — обернулась я к Виктору, — вы думали о том, где именно продавать вещи?

— Мне кажется, у дома неплохой участок.

Зря он это. Ох, зря.

— Местные сюда не пойдут.

— Но почему? — удивился Виктор. — Да, я заметил, что кое-кто обходит кусадьбу стороной… Однако не все же!

— Дети Нирля ещё лет тридцать назад прозвали вашу кусадьбу Чёрным замком, — пояснила я. — Считается, что это страшный дом, обиталище привидений. Приблизишься к нему — и скоро тебя настигнет жуткая участь.

Я скорчила страшную рожу, но Виктор лишь рассмеялся — правда, натужно.

— Это же просто слухи, Беттиночка!

— Разве вы не поняли, какую силу в Нирле имеют слухи?

Вообще-то не следовало этого говорить, но я жила тут с самого детства и выходила из себя, когда мой родной городок недооценивали. Бытует мнение, что такие места — идеальные убежища, где все друг другу рады, все если не лучшие друзья, то хотя бы добрые приятели.

Но у любого города есть мрачная сторона.

Чем он меньше, тем больше шансов, что местные жители будут изо всех сил сопротивляться любым переменам. Мы здесь застываем, словно бабочки в янтаре, и наслаждаемся своим идеальным мирком. Не все, но четверти три горожан так точно. Во мне слишком многое поломалось и срослось заново — и совсем по-другому, — когда Бозо позволил себе влюбиться в одно из своих, уверена, многочисленных увлечений. Достаточно сильно, чтобы решить перевезти её к себе.