Книга Служанка слепого генерала, страница 210 – Екатерина Белова

— Это действительно я… — я успела начать фразу, но не смогла закончить.

Кали схватила меня за руки.

— Это правда ты, Беатрис? — ее голос зазвенел от радости, а глаза наполнились слезами. — Не могу поверить… То есть, нет, могу! Мы с Кали так и не сумели поверить, что тебя нет…

У меня не осталось сил на улыбку. Мои дела были плохи. Совсем плохи. Очень скоро сюда заявится Айден, который либо обвинит меня в смерти Ладваны, либо примажет ответственной за провокацию.

Хотелось закрыть голову и сжаться в комок.

Оказалось, людей, чьим мнением я дорожила и во власти которых было причинить мне боль, осталось очень мало. И так уж вышло, что они ее причинили.

— Как видишь, я здесь, Кали.

— Я — Казали, — лукаво сказала Кали, и я усмехнулась:

— Перестань, Кали. Даже если ты наденешь три платья своей сестры, все равно останешься Кали.

Кали с удовольствием рассмеялась:

— Тебя не обманешь. Веда великая, как же я скучала по тебе…

Я откинулась на подушках, не стыдясь ни слабости, ни скомканного платья, отяжелевшего и набравшего крови.

Бытовая тумба пикнула. В воздухе разлился запах зелий, мускуса и пряной ягодной настойки, который часто давали в качестве укрепляющего средства.

— Я позабочусь о тебе, — тут же засуетилась Кали.

Из-под ресниц я наблюдала, как Кали со счастливой улыбкой порхает по комнате: сдвигает кресло ближе к моей кровати, расстилает у меня в ногах плед и колдует над укрепляющим отваром, процеживая его из чайничка.

— Ужасная история с этой жуткой драконицей, да? Чудовищная смерть, так страшно было смотреть на нее. Наверное, я кажусь жестокой, что опять смеюсь и болтаю с тобой? Это все нервы. Да и боялась я ее до обморока. Я ведь ее совсем не знала, и она так жестоко с тобой разговаривала, бррр…

Кали вошла в режим сороки. Она действительно много болтала и смеялась от нервов, так что я не судила ее строго.

Наконец, она поставила на прикроватный столик кружку с отваром и две склянки с зельями:

— Пей, Биче, — сказала, плюхнувшись в кресло, стоящее рядом. — От чего зелья я не знаю, а вот отвар точно нормальный. Пахнет калиной и боярышником.

Я взяла чашку с отваром, меня окутало сладким горячим запахом пряных ягод.

— Ядом Арахны точно не пахнет, — сказала и вздрогнула.

Звучало кощунственно. Перед глазами встало, как живое, лицо Ладваны, бьющейся на холодном полу.

— Впрочем, яд Арахны не имеет для драконов запаха. Даже интересно, как его ощущают люди. Как его ощущаешь ты, Кали?

Кали вздрогнула. Блестящие глаза уставились на меня с недоумением.

— Яд Арахны — это та штука, которой отравили ту жуткую девушку?

— Ты немного неверно формулируешь, — сказала терпеливо. — Яд Арахны — это та штука, которой ты отравила ту жуткую девушку. К тому же, в сравнении с тобой, Ладвана — доверчивый котик.

Кали медленно распрямилась.

В тёмных глазах мелькнула радость, после сразу неприязнь, потом усталость и, наконец, пустота. Она выглядела кокетливой донной, примеряющей перед зеркалом маски и отбрасывающей их одну за другой.

— Беатрис? — сказала она с правильной интонацией потрясенной донны, но в голосе уже звучала та пустоватая нотка, от которой хотелось отбежать на другой конец комнаты. — О чем ты говоришь? Я же так за тебя переживала.

Она улыбнулась, и на секунду она снова стала той Кали, с которой мы секретничали в сливовом саду, читали романы и танцевали на балах. Она попыталась взять меня за руку, и я не стала ей мешать, с интересом разглядывая бледное лицо.