Книга Арабский кофе со сливками, страница 132 – Евгения Романенко

— Сойдёт, всё равно это временно, — решительно перебил Фархан суетливые оправдания младшенького и открыл багажник. — Лучше помоги занести вещи.

— Хорошо, брат, как скажешь, — послушно ответил Али, подхватывая один из чемоданов.

— Отлично, веди, братец, — проговорил Фархан, оглядываясь по сторонам.

Детская площадка пустовала — лишь несколько мальчишек‑подростков лепили что‑то вроде снежной крепости. Как только незнакомая машина заехала во двор, ребята с интересом замерли на месте: побросали белоснежные «кирпичи» и уставились на высоких темнокожих мужчин. Их появление поразило юных наблюдателей.

Один из парней задумчиво шмыгнул красным от мороза носом, пытаясь понять, отчего один из незнакомцев кажется ему смутно знакомым. Светло‑серые глаза настороженно следили за тем, как мужчины вытащили чемоданы, заперли багажник и торопливо скрылись в тёмном проёме подъезда.

Друзья мальчишки уже потеряли интерес к серебристой машине и вернулись к строительству крепости, окликнув его. Из‑за высокой снежной стены показалась маленькая фигурка ребёнка лет трёх. В силу возраста малыш мог лишь катать снежки и подавать их старшему товарищу.

— Киля! Киля! — звонкий голосок мальчика эхом разнёсся по пустынному двору. — Снежок! Снежок! Ну!

Подросток ещё раз покосился в сторону машины, но уже через секунду утратил интерес и повернулся к извалявшейся в снегу фигурке. Каре‑зелёные глаза малыша блестели, а в маленьких варежках лежал плотный комочек снега.

— Молодца, Никитос! Так держать, мужик! — одобрительно загудели мальчишки.

Малыш был польщён похвалой и запрыгал в сугробах. Он предвкушал весёлую игру в крепости — лишь бы только мама не пришла так не вовремя и не забрала его обедать.

* * *

— Перемирие! Требую перемирие! — выкрикнула Светлана, шутливо поднимая руки вверх. — Кто у вас тут командир?

— Ну, я, — с особым авторитетом заявил крепыш в тёмно‑синей куртке и шапке со смешными ушками. — А во вражеской команде — Киря командир!

— Ясно, — с улыбкой проговорила Светка. — Я за вашим командиром и его помощником.

— Значит, мы выиграли?! — с широкой улыбкой спросил крепыш и забавно тряхнул ушками на шапке.

— Думаю, вы сами разберётесь. Я за парнями. Им уже обедать пора, а помощнику — спать, — усмехнулась Светка, с лёгкой иронией глядя в хитрые светло‑зелёные глаза «командира». Этот шкет был ещё тот хитрец — умел быстро извлекать для себя выгоду.

В этот момент чей‑то шальной снежок попал Светке в плечо, обдав румяное лицо снежной крошкой. Она звонко рассмеялась, отряхивая тёмную шубку.

По заснеженному двору разносились детские голоса и громкие взрывы хохота — каждый раз, когда очередной снаряд достигал цели. На площадке кипел нешуточный снежный бой, перемежающийся выкриками и добродушной руганью с обеих сторон.

— Ой, простите, тётя Света! — пискнул один из мальчишек и резко выскочил из‑за снежной стены. — Всё, пацаны, военное перемирие! Никитос, Киря, за вами пришли…

Послышались недовольные реплики команды, потерявшей «командира».

* * *

Светлана состроила суровое лицо и уставилась на груду снега, за которой прятались её младший брат и сын.

— Наша команда выиграла! — радостно проревел крепыш и выскочил из‑за снежного укрытия.

— Ничего подобного! — спокойно возразил голос Кирилла. — Я выбираю командира. Ярик, будешь за меня! Всё, я пошёл — кухня зовёт. Никитос!