Книга Арабский кофе со сливками, страница 146 – Евгения Романенко

Понаблюдав за Светой и её «мужем», он пришёл к выводу, что она не любит этого мужчину. Тот жаркий, почти откровенный взгляд, который она бросила на него, сказал без слов: «Я люблю тебя». Постепенно в нём зрел план, и даже то, что ему придётся задержаться в городе, теперь казалось удачным поворотом. Фархан слабо улыбнулся. Он непременно найдёт ответы на все вопросы.

— Ты?! — удивлённо выдохнул Али, увидев старшего брата на пороге своей квартиры.

— Я, — лаконично ответил Фархан и сдержанно улыбнулся. — Вижу, не ждал.

Его чёрные глаза оставались холодными и проницательными, в упор глядя на ошалевшего брата. Али был уже не совсем трезв и изо всех сил старался не выдать, насколько ему плохо.

— Я думал, ты уехал, — на удивление ровным голосом проговорил парень. — Почему ничего не сказал, что у тебя всё сорвалось?

— Али! — предостерегающе прошептал Фархан, а потом жёстко добавил, разделяя паузами каждое слово: — Запомни: ничего не сорвалось. Просто возникли трудности.

— Ладно, ладно, я понял, — примирительно пробормотал Али.

«Да что с ним такое? Стал каким-то нервным, почти бешеным», — мрачно подумал Али, сверля брата недовольным взглядом.

Цепкий взгляд Фархана выхватил в тёмной прихожей съёмной квартиры смутные фигуры, тонущие в сизых клубах сигаретного дыма. До него долетали обрывки модных саундтреков, разговоров и визгливого женского смеха.

— Что празднуем? — как можно спокойнее спросил Фархан, разглядывая расхристанного брата.

Али развязно улыбнулся и неожиданно твёрдым голосом ответил:

— Не твоё дело, братец. У меня праздник. Остальное тебя не касается.

— Али, не зарывайся, — предупреждающе проговорил Фархан.

— Что сразу «Али»?! — визгливо закричал парень, уже не обращая внимания на то, что они стоят на лестничной площадке. — Ты же меня ни во что не посвящаешь! Вот что вы задумали с отцом, а?

Брат сильно изменился за эти три года: стал крупнее, мощнее. Ещё в первый день, когда Фархан торопливо переодевался, Али мельком увидел его накачанную грудь и рельефный пресс — будто брат всю эту энергию сгонял в качалке.

— Не лезь не в своё дело!

— Ах, не моё?! — снова взорвался Али. — С каких пор семейные дела — не моё дело? Да ты хоть знаешь, что я тебя в прошлый раз спас от позора со Светланой?!

Агатовые глаза Фархана гневно блеснули. Он словно не узнавал младшего брата: где привычное уважение к старшим? И при чём тут Света? Интуиция тонко подсказала, что в этих словах есть какой-то скрытый смысл. Али проговорился.

Ярость медленно поднималась из глубины души, заволакивая сознание красным туманом. Мгновение — и Фархан метнулся к брату, мощно прижав его к стене подъезда.

Али наконец понял, что сболтнул лишнее, и мгновенно затих, пробормотав что-то невнятное.

— Порвёшь рубашку, — сдавленно прошептал Али, жестами умоляя отпустить его плечо. Шёлковая ткань с синим отливом предупреждающе треснула.

Фархан не обратил на это внимания. Легко, словно котёнка, он втащил брата за грудки в квартиру и захлопнул дверь.

— Отпусти-и-и… — взмолился Али, и его губы задрожали от страха. В полутьме прокуренной прихожей мерцали белки его глаз.

— Отвечай: от чего ты меня «спас»? — ровным, обманчиво спокойным голосом проговорил Фархан.

Али скорчил загадочную физиономию и с неожиданным вызовом бросил: