Книга Арабский кофе со сливками, страница 189 – Евгения Романенко

— Ма… Па… — Никита бесшумно зашёл на кухню и замер, смущённо глядя на родителей. — Тут это… Дедуля звониль…

Он протянул телефон, показывая экран, и переводил взгляд с мамы на Фархана.

— Кто?! — хрипло выдохнула Света. — Никита! Дедуля не мог звонить на мобильный Фара!

— Да не твой папа! — как маленькой, терпеливо пояснил мальчишка и ткнул телефоном в сторону Фархана. — А его!

Фархан поперхнулся и закашлялся так надсадно, что Света тут же застучала ему кулачком между лопаток.

— Никита, ты что такое говоришь?! — вскинулась она.

— Я познакомилься со втолым дедой, — медленно, с расстановкой повторил Никита и робко улыбнулся.

— ЧТО?! — рявкнул Фархан, не рассчитав громкость, и тут же сам вздрогнул от собственного голоса. Он тут же понизил тон и мягко позвал: — Иди ко мне, сынок.

Никита, опасливо косясь на нахмурившуюся маму, подошёл к Фархану и протянул телефон. Он чувствовал, что мама очень недовольна, и ему было стыдно.

Света усилием воли взяла себя в руки, выдавила улыбку и ласково сказала:

— Никитушка, милый, нельзя отвечать на звонки не со своего телефона. Это некрасиво.

Мальчишка насупился, надул губы и упрямо промолчал — признаваться в проступке не хотелось.

— Сынок, — Фархан осторожно забрал телефон из цепких ручонок Никиты. — Почему ты не отдал мне мобильник сразу?

— Ты с мамой. Она такая довольная. Не хотел плиходить, — сбивчиво пробормотал Никита, изо всех сил стараясь выглядеть невинным ангелочком.

Света нахмурилась: она слишком хорошо знала своего хитреца.

— Никита, а что ты вообще сказал этому дедушке? — спокойнее спросила она.

Фархан тем временем быстро просматривал историю звонков.

— Я сказаль:  – Пливеть. Я – Никитя. Моя мама и папа заняты.

— А он что ответил? — всё ещё надеясь, что это просто игра воображения сына, уточнила Света.

— А он – кто твой папа? – добродушно ответил Никита.– Я сказяль – Фалхан. Он закличаль в тлубку. Хотя я его не пугаль. А потом он сказаль – тогда я тьвой дедь.

— Так и сказал? — изумилась Света и тут же спохватилась: — Стоп, стоп, мой мальчик! С каких пор ты по‑арабски разговариваешь?

— Мы говорили по‑русски! — упрямо заявил Никита. — Папа, скажи ей, что я не вру!

— Света, наш сын действительно разговаривал с моим отцом, — примирительно произнёс Фархан, подтверждая слова Никиты взглядом на экран телефона. — Разговор длился минуту. Мне даже страшно подумать, как он всё это воспринял.

— Думаю, он в шоке, — с горькой усмешкой заметила Света.

— Да, – подтвердил Никита. – Дедуля так и сказал – я в шоке… мне полёхо… потом позвал какую-то Фатиму, которая что-то сказаля по-ненашему и положила тлюбку.

— М‑да… Ну и дела… — задумчиво протянула Света. — А больше никто ничего не говорил?

Никита прищурился, сделал нарочито задумчивое лицо и глубокомысленно выдал:

— Исё она, тетька та, клицала – Аллах, Аллах? А кто это такой? Ты его знаешь, мама?

— Никита, — устало выдохнула Света и покачала головой. — Не сейчас, ладно? Я тебе позже расскажу… Или лучше папа — он в этом лучше разбирается.

После сбивчивого рассказа сына Фархан застыл с телефоном в руке, мысленно прокручивая возможные сценарии. Он не питал тёплых чувств к отцу, но уважал его и сейчас искренне беспокоился. Кивнув Свете, он вышел из кухни, чтобы поговорить.