Книга Время перемен. Руководство по выживанию в современном мире, страница 5 – Сергей Лазарев

От уровня примитивного язычества невозможно было сразу перейти к единобожию. Поэтому сначала появился иудаизм — промежуточная ступень перехода от язычества к христианству. Еврейскому народу дано было понимание, что без заповедей, без принятия Божественной воли невозможно благоденствовать и развиваться. Но главная цель и смысл жизни в иудаизме оставались прежними — семья, благополучие. Для того чтобы это иметь, нужно выполнять заповеди.

Заповеди иудаизма говорят о правильном поведении и лишь отчасти — о правильных чувствах. Заповеди Христа говорят о главной цели человека и о том, что началом греха является греховное чувство.

И иудаизм, и христианство — это, по сути дела, религии единобожия. Но Христос сделал главное — обозначил истинную цель жизни человека и объяснил, что грех — это не столько проступок, сколько греховное чувство.

С точки зрения иудаизма, можно правильно себя вести и поэтому считать себя праведником, но при этом презирать, осуждать, унывать. Но негативные, агрессивные чувства перечеркивают внешне правильное поведение. Вспомним притчу о библейском Иове. Он был праведником и вел себя идеально, но допускал такие чувства, как презрение к несовершенным, недовольство собой и судьбой, недовольство Богом из-за кажущейся несправедливости. На самом деле, все это было серьезным грехом, о котором он не подозревал.

Для того чтобы очистить душу, то есть справиться с искаженными чувствами и неправильным восприятием мира, Иову необходимо было пройти период потерь на всех уровнях — материальном, духовном и душевном. При этом он должен был осознать, что любовь важнее справедливости, важнее жизни и любых человеческих ценностей.

Иов сделал это с подсказкой и помощью Всевышнего, а Христос изложил эту информацию системно. Учение Христа — это учение о спасении, в первую очередь — о спасении души. Душа спасается любовью к Богу, прощением, жертвенностью, преодолением осуждения, презрения, уныния. Заповеди Христа призывают человека стать таким, чтобы не допускать главного греха — отречения от любви, неприятия Божественной воли и всех связанных с этим негативных качеств.

Во время правления римского императора Константина в IV веке н. э. христианство получило статус господствующей религии Римской империи. Когда император понял, что остановить процесс распространения христианства невозможно, он решил этот процесс возглавить. Он сам на свои средства организовал первый Вселенский собор, на котором было утверждено, что Иисус Христос есть Бог, а не человек, который является пророком или мессией.

Поскольку Константин являлся императором, главным для него было сохранение власти. Версия, что Христос — это Бог, устраивала его во всех отношениях. Если Христос — Бог, то ему следует поклоняться, — значит, и император, принявший христианство, также будет объектом поклонения. Если же Христос — человек, открывший в себе Божественное, тогда каждый начнет искать в себе Божественное, а управлять такими людьми гораздо труднее.

Но дело было не только в желании императора Константина упрочить свою власть. Причина произошедшего крылась и в языческом восприятии мира: для язычника человеческое «я» с его инстинктами находится на первом месте, а любовь и вера — на втором.

Могли ли язычники понять христианство? Почувствовать — да, понять — вряд ли. Поэтому первоначальное искажение христианства являлось, по сути дела, результатом его адаптации к привычному для людей того времени языческому мировоззрению. Но одновременно произошло искажение сути учения Христа.