Книга Священный город бога-предателя, страница 153 – Лия Арден

— Им немного удалось перевести текст. Свидетели говорят, что метка на руке особенной жрицы горела, а свет проникал в мышцы и расползался под кожей по венам вместе с пламенем. Огонь у такого человека в крови.

— То есть Махра ждала, что мои вены начнут светиться? – с сомнением уточнила Найра, взглядом бегая по строчкам с переводами и убеждаясь в правдивости короткого пересказа брата.

— Вероятно. Но я ещё не дочитал. – Саир вновь забрал книгу и закрыл. – Почерк у составителя ужасный, и тяжело воспринимать этот богохульный текст, в котором они переиначивают всю историю, выставляя Иругу злодеем и обвиняя его во всех своих проблемах.

С неприязнью Саир швырнул фолиант обратно в сундук, закидал одеждой и захлопнул крышку, словно слишком долгий взгляд на книгу из храма Эшту способен отравлять умы.

— Расскажи, когда дочитаешь. Хотя если ты прав, то всё это не имеет значения, – разочарованно ответила Найра, подобрав платок и скрыв волосы. – Моя метка была проверена, и светиться я не начала. Будь у меня огонь, я бы уже сожгла здесь всех.

— Всех? Даже своего мужа? – едва слышно уточнил Саир, складывая листы бумаги на столе в аккуратную стопку.

Вопрос застал врасплох. Найра уставилась на брата, выискивая в его движениях и выражении лица намёк на шутку, но на губах Саира не было улыбки.

— Почему ты так говоришь?

— Ваши отношения изменились. Не знаю как, но раньше ты с ним и рядом стоять не могла, испытывая отвращение. Теперь же…

— Раньше мне не приходилось проводить с ним так много времени, – со слабой улыбкой, но твёрдо отрезала она. – Я свыклась и научилась сдерживать эмоции. Ты сам ему доверяешь.

— Я доверяю ему обучать меня, – поправил Саир. – Но я стараюсь не забывать о том, что между жизнью Рошаны и твоей он без раздумий выберет Рошану.

Как при сильном порыве ветра, Найра заглотила слишком много воздуха и едва не подавилась. Ей нечего было сказать, но захотелось выругаться от мысли, что ночью она об этом совершенно забыла. Афшан мог не любить отца или Сарвада, но среди членов его семьи оставалась Рошана. Для него жизнь Найры и родной сестры не равноценны. Их даже сравнивать было нельзя.

— Выясни у сареши больше про дворец, а я займусь городом, – напомнила она брату, сбегая от поднятой темы.

Саир не стал настаивать и просто кивнул.

АФШАН

Что-то изменилось в Найре.

Что-то изменилось в их отношениях. И в самом Афшане, когда он смотрел на неё. Он это знал, и было бесполезно увиливать от правды.

Теперь он смотрел на жену чаще, а временами улыбался. Пару раз, сам того не желая, он припоминал её лицо и стон, который она издала из-за его прикосновения. От, казалось бы, невинных воспоминаний Афшана бросало в жар, а затем в холодный пот, потому что он понимал, что это означало, и не желал подобного чувствовать.

Найра попросила показать Фарсиду. Сказала, что не поддерживает веру фарсидцев в Эшту, но раз уж она связана с Парси узами брака, то желает знать, чем живёт город. Сареша действительно не могла всю жизнь просидеть во дворце, а Афшану понравилось обретённое перемирие между ними, поэтому он согласился показать ей город.

Отец дал своё дозволение и отряд сопровождающих. Хотя воины были не столько охраной, сколько конвоирами. На протяжении недели ежедневно они с Найрой покидали дворец, и каждый день Афшан брал всё меньше сопровождающих, заметив её смиренное поведение. Сареша пожелала узнать реальную Фарсиду и сразу отказалась от паланкина. Афшану захотелось дать себе пощёчину от мысли, что Найра в простом наряде из льна ему очень даже по душе. Благодаря неброской одежде природная красота сареши сильнее бросалась в глаза, выделяя её из толпы. Она не высказала возражений, когда Афшан отказался дать ей личного коня и посадил на своего.