Книга Священный город бога-предателя, страница 98 – Лия Арден

Афшан скривился от последнего замечания, на что Керуш издал смешок.

— Не влюбись в неё, – строже добавил он.

Мареш усмехнулся.

— Об этом я бы даже не тревожился.

— Зато Сарвад предполагает, что подобное возможно. Ему доложили, с какой прытью ты выскочил из дворца, узнав, что Ойша бросила сарешу у храма. Рассказали и то, как ты нёс её на руках и распорядился за ней ухаживать.

— Умри Найра, и нашему влиянию на Малека конец! – оскорблённо возмутился Афшан, переходя к атакам. Теперь уже Керуш отбивался, отступая или уклоняясь. – Я знаю его лучше вас. Малек мстительный и пойдёт на риски.

— Не забывай, что Сарвад не видит в тебе рассудительного брата. Для него ты эмоционален и хвастлив.

Афшан выругался, вкладывая больше силы в свои атаки. Керушу не удалось провести соперника обманным манёвром. Мареш развернулся, чужой меч в опасной близости просвистел рядом. Керуш оказался достаточно близко, и Афшан локтем ударил его в лицо. Последующая подсечка вышла удачной, и он опрокинул соперника на песок.

— Молодец, – похвалил Керуш и с вялой улыбкой утёр кровь под носом.

Афшан протянул ему руку и помог подняться. Керуш прав. Ему стоило выспаться, а не тащить друга на предрассветную тренировку. Мареш поблагодарил Керуша и направился в купальни, чтобы привести себя в порядок. Нужно что-нибудь поесть.

Остаток дня он выжидал удобного случая поговорить с отцом. И всё равно произошедший аккуратный разговор ничего не дал. Афшан пытался склонить отца к любому другому плану, но даже попытка отложить свадьбу на полгода не возымела успеха. Он воззвал к справедливой мысли, что Малек Азура может восстать, узнав, что его сестру принудили к союзу.

— Мне нравится, что в преддверии собственного брака ты стал больше… думать.

Афшан не мог определить, то ли отца уже не веселили насмешки над сыном, то ли он действительно видел в нём идиота, потому что на этих словах Гардан Парси не смеялся и не улыбался, а голос его оставался безэмоциональным.

— Я предусмотрел ситуацию с Малеком.

Отец протянул незапечатанный лист бумаги, исписанный аккуратным почерком. Афшан вчитался в текст, быстро осознав, что это письмо Найры к брату. Она довольно скупо описала ситуацию со своим браком, признавая, что добровольно дала на него согласие. Сареша убеждала Малека, что к ней хорошо относятся, не принуждают ни к чему, что могло бы замарать её честь. Найра призвала старшего брата оставаться смиренным.

Она откровенно лгала, но буквы были выведены уверенно, росчерк со своими именем и фамилией внизу и вовсе был размашистым и даже злым. Вряд ли она тряслась от страха.

— Девчонка слишком привязана к младшему брату. Достаточно было снова пригрозить его жизнью, – без хвастовства поделился отец, когда взгляд Афшана застыл в самом конце письма. – Ты не стал препираться вчера, чем порадовал меня, поэтому я дам тебе отеческий совет. Будь начеку с этой сарешей. Она ни капли не похожа на твою сестру, и боюсь, что девчонка сожрёт тебя с потрохами.

— Почему ты так решил? – неожиданно для себя выдал он.

Афшан был осторожен годами, скрывая истинного себя за искривлённым отражением. Однако последние события стали камнями, брошенными в хрупкое стекло, – его образ пошёл трещинами. У него с Гарданом Парси были прохладные отношения: Афшан не испытывал к нему любви, а отцу младший сын был интересен в качестве способа достижения целей. И всё же прежде Афшан ему так не перечил.