Книга Третий. Том 6, страница 43 – INDIGO

Только что я потерял Таню. А теперь потерять единственно друга?

В этот момент из-за соседней дюны выехали три машины.

Три багги падальщиков. Они ехали быстро, уверенно, будто знали, что нас двое и один из нас не боеспособен.

В этот момент что-то проснулось внутри меня. Нет, это была не злость. Совсем не злость. Это было что-то дикое, звериное, необузданное.

Сдёрнул чехол с орудия, крутанул платформу и поймал в прицел багги. Первая багги ещё не успела съехать с гребня дюны, я уже дал длинную очередь. Скорострельное орудие заработало и стало словно продолжением меня. Стрелок на турели первой багги умер, прежде чем успел открыть ответный огонь. А потом корпус багги стал похож на дуршлаг. Плазменные заряды пушки прожигали слабую броню падальщиков как фанеру. Багги закрутилась на месте, встала, дымя.

Остальные две не остановились, не обращая на неё внимания.

Они рванули вперёд.

Падальщики ответили, плазма полетела в меня, но меня это сейчас совсем не волновало. Перевёл орудие на вторую багги и несколькими выстрелами пробил ей колесо, она завиляла, но продолжала ехать. Хотел добить, но в этот момент патроны кончились.

Третья багги подъехала почти вплотную к другого боку.

Здоровенный падальщик, стоявший в кузове, был широкоплеч, как шкаф, и, судя по всему, нисколько не удивлён тем, что видит перед собой — разбитую машину и одного живого противника.

— Сдавайся, мальчишка! — проорал он.

Посмотрел на него. На разряженное орудие. На винтовку, упакованную чехол, лежащую у ног. На Ори, который всё ещё находился без сознания.

— Как же мне вас не хватало! — выдохнул я сквозь зубы, и в ту же секунду понял: во мне проснулся зверь.

Настоящий, дикий, первобытный зверь. Он проснулся резко, одним рывком, как распрямляется сжатая пружина. Зверь совершенно безжалостный и внутри него клокотала только ярость. Страха не было. Во мне была только ярость и злость.

Они держали меня на прицелах. Два игольника и два бластера успел отметить это краем сознания за долю секунды, пока ещё был способен считать. Расстояние около четырёх метров. Солнце за спиной у меня, значит, им сложнее.

Меня сейчас совершенно не могло остановить то, что они держат меня на прицелах. Меня вообще уже ничто в этом мире не могло остановить.

В том, что они хотят взять меня живым, я уже не сомневался. Слишком аккуратно подъехали. Не стреляли на поражение, хотя могли.

Тани умерла совсем недавно. Мы провели не так много времени вместе. Каждый из дней я сейчас помнил. Помнил её смех, немного хриплый, приятный. Помнил, как она заправляла за ухо выбившуюся прядь, помнил запах её волос. Теперь от неё остались только эти воспоминания и ненависть. Ярость и ненависть к тем, кто это сделал.

Во мне было столько злости и ненависти, что я был искренне рад нашей встрече. Всё это время я ждал её. Мечтал о ней. И, наконец, дождался. Теперь всё накопившееся вырвалось наружу разом, и я вложил в этот прыжок всю злость, что во мне была.

Я прыгнул.

Двое выстрелили практически одновременно. Слышал характерный двойной хлопок игольников, почувствовал, как по левому боку зацепило. В полёте я сумел, изогнулся как кошка, меняя траекторию: не уклонение — смещение, тонкая поправка всем телом, пока ноги ещё не нашли опору. Рядом с головой пролетел заряд плазмы, выпущенный из бластера. Рядом ещё один, опаливший мне волосы. Одновременно я, выхватывая нож из ножен.