Книга Третий. Том 6, страница 44 – INDIGO

Ближе всего ко мне оказался водитель, не молодой, широкоплечий, в выцветшем жёлтом шлеме с трещиной по забралу. Он успел обернуться. Успел увидеть меня. Может, успел даже испугаться. А дальше зверь оказался у них в багги. Нож вошёл ему в шею по самую рукоятку с тупым, влажным звуком, от которого у нормального человека перехватило бы дыхание.

Рывок — нож вышел. Разворот. Второй стрелок — высокий, нервный, с подрагивающими руками — зачем-то потянулся за игольником вместо того, чтобы бить прикладом. Одним движением я перехватил его запястье, завернул вниз и в сторону — кость хрустнула, он вскрикнул — и нанёс три удара ножом в грудь. Быстро. Точно.

— Айя! — вырвалось у меня с хриплым боевым криком креатов, и я бросился на третьего.

Здоровяк. Заметил я его ещё в прыжке, такие всегда заметны, их не спрячешь под шмотками пустынного мародёра. Метр девяносто, не меньше. Он стоял у кормового орудия, но само орудие не использовал, в полёте он выстрелил в меня два раза из бластера. А сейчас, по тому, как он двигался, уверенно разворачиваясь ко мне, мне стало ясно: он совсем не новичок.

Но в его глазах я успел прочитать замешательство.

Ведь он ждал встретить испуганного подростка. А в ответ получил меня. Разъярённую машину для убийства, которой сейчас всё равно, что будет потом.

Он вытащил здоровенный десантный тесак, потёртая рукоять с намоткой из синтетики. Хорошее оружие для человека его комплекции. К нему на помощь уже бежали двое с соседней багги — молодые, быстрые, и я краем глаза поймал отблески их оружия.

Здоровяк ударил сверху — широкий рубящий удар, целился он по руке с ножом. Хотел обезоружить. Я отскочил назад, пропуская лезвие в миллиметрах от пальцев, — и подловил его на инерции. Когда рука с тесаком пошла вниз, я шагнул вперёд, полоснул его по запястью, не глубоко, но чувствительно и с разворота ударил плечом в грудь.

Было такое ощущение, что я ударил в каменную скалу. Боль прокатилась по плечу и ключице. А он даже не качнулся, но я увидел, как что-то изменилось в его глазах. Он понял, что я быстрее. Гораздо быстрее, а в ближнем бою скорость важнее силы.

Похоже, это осознав, он сам дёрнулся назад и свалился за борт. Не от моего удара. Сознательно.

Двое со второй багги уже были рядом. Отбросил нож и, подхватив два трофейных ствола игольник и бластер и, открыл непрерывный огонь сразу с обоих рук.

Оба падальщика упали. Не ожидавшие такого.

Именно в этот момент мой мир перевернулся.

Удар в спину был такой силы, что я вылетел из багги как кукла. Песок ударил в забрало шлема, в грудь, в колени. Кувыркнулся и почти сразу развернулся на спину. Потому что здоровяк уже был надо мной. Он упал сверху и навалился всем своим весом, занося тесак для удара вниз, целясь в центр моей груди.

Он собирался пригвоздить меня к песку.

Вскинул левую руку, пытаясь отвести тесак. Тесак скользнул по бронированному предплечью и вспорол глубокие борозды в моём бронекостюме. Почувствовал давление, потом тупую боль. Вроде не пробил, но мне было всё равно, если честно. Лезвие воткнулось в песок около моего локтя.

Он навис надо мной — лицо красное, взмокшее, дыхание тяжёлое. Злой. Я понял, что он злой.

В ответ я ударил коленом в пах. Со всей силой, на которую был способен.

Что-то хрустнуло. Вот только не у него. У меня. У него там оказалась защита. Боль взорвалась в колене, и я на долю секунды потерял дыхание. Но он дёрнулся, значит, тоже что-то почувствовал, впрочем, тесак из руки не выронил.