Книга На границе империй. Том 10. Часть 9, страница 36 – INDIGO

— Не волнуйтесь, обязательно разберёмся в этой проблеме, — заверил я их.

В последующие дни я действительно начал обучать осторожного Керна основам фехтования. Мальчик оказался на удивление способным учеником — у него были хорошие природные рефлексы и врождённое чувство равновесия. Правда, поначалу он слишком сильно напрягался, пытаясь компенсировать недостаток опыта чрезмерными усилиями.

— Расслабься, — терпеливо повторял я во время очередной тренировки. — Меч должен быть продолжением твоей руки, а не тяжёлой дубиной.

Айли наблюдала за нашими занятиями с нескрываемой завистью, но когда я предложил и ей попробовать, она категорически отказалась.

— Это же больно! — заявила она, наблюдая за тем, как Керн получил лёгкий удар тренировочным мечом по руке.

— Зато потом сможешь защитить себя, — разумно возразил брат, потирая ушибленное место.

Малах тоже активно включился в процесс обучения внука, рассказывая ему о тонкостях работы с различными видами холодного оружия. Его опыт кузнеца позволял глубоко понимать свойства металла и особенности изготовления качественных клинков.

— Видишь эту линию на лезвии? — показывал он Керну на одном из моих мечей. — Это след от особой закалки. Хорошее оружие можно узнать по таким деталям.

Дая и Ноза постепенно привыкали к мысли о том, что их дети изучают боевые искусства. Поначалу они относились к этому с большим беспокойством, но постепенно понимали практическую необходимость таких навыков.

Тем временем я продолжал поддерживать регулярную связь с Дарсом. Его дела шли весьма успешно — торговля приносила неплохую прибыль, а главное, никаких признаков преследования по-прежнему не наблюдалось. Это обнадёживало, но я понимал, что киборг мог просто затаиться, выжидая подходящего момента.

— Рик, — сказал мне как-то Малах, когда мы остались наедине, — я вижу, что ты терзаешься сомнениями. Хочешь остаться с нами, но чувствуешь, что не можешь.

— Не могу оставить незавершённым дело с киборгом, — признался я. — Слишком велика опасность.

— А если ты не найдёшь его? Будешь искать вечно?

Этот вопрос заставил меня задуматься. Действительно, сколько времени я готов потратить на поиски Тагира? И что, если он уже мёртв или навсегда покинул эту планету?

— Не знаю, — честно ответил я. — Но пока есть хоть малейшая вероятность, что он жив и представляет угрозу, я не могу успокоиться.

Малах понимающе кивнул:

— Тогда делай то, что считаешь правильным. Но помни — дети нуждаются в отце. И не только для защиты.

Его слова больно отозвались в моём сердце. Я действительно привязался к этой семье, особенно к маленькой Айли. Но чувство долга и ответственности за их безопасность не давало мне покоя.

Вскоре они оставили нас с Малахом наедине в рубке. Он долго молчал, устремив взгляд на звёзды, мерцающие на экране. В его глазах читались усталость и боль от пережитых испытаний. Атмосфера в рубке была напряжённой, словно воздух сгустился от невысказанных слов и тяжёлых воспоминаний.

— Это твоё, — начал я наш разговор, протягивая ему его клеймо.

— Откуда оно у тебя? — удивлённо спросил он, принимая клеймо дрожащими руками.

— Думаю, ты должен знать, я убил Хофера. Он попытался меня убить и был вынужден это сделать. Схватка была короткой, но жёсткой, ты ведь понимаешь, что мне он не противник.