Книга На границе империй. Том 10. Часть 12, страница 15 – INDIGO

— Не знаю.

Дарс пожал плечами, его голос звучал устало.

— Вот и я не знаю, а это критически важная информация. Если есть наследник, барон становится заменимым. Если нет — ситуация меняется.

Прошёлся по кают-компании ещё раз, собирая мысли в кучу.

— Исходя из всего этого, у нас есть несколько вариантов. Первый — действительно уйти в глубокий фронтир и затаиться там на годы. Поменять внешность, сделать липовые документы, начать новую жизнь. Стать другими разумными, забыть о прошлом. Но просто долететь туда уже будет большой проблемой.

— Это в принципе, возможно, — протянул Дарс, явно взвешивая вариант. — Хотя звучит депрессивно. Всю жизнь оглядываться назад, бояться каждой тени.

— Второй вариант, — продолжил я, не останавливаясь, — использовать козыри Кадара, но не так, как он предлагает. Не переговоры на станции, а что-то другое. Например, можно попытаться договориться с кем-то из глав кланов напрямую. Найти того, кто достаточно умён, чтобы понять выгоду сотрудничества с нами.

— Рискованно, — покачал головой Дарс. — Очень рискованно.

— Все варианты рискованные, — парировал в ответ. — Третий вариант — попытаться найти покровителя. Кого-то достаточно влиятельного, чтобы защитить нас от кланов и контрразведки. Но за это придётся заплатить. И цена будет высокой.

— Какой покровитель согласится связываться с такой проблемой? — скептически заметил Дарс.

— Тот, кому нужна информация о гипройдах или сама технология, — ответил я. — Таких заинтересованных сторон может быть немало. Вопрос в том, насколько они окажутся надёжными.

Дарс задумчиво потёр переносицу:

— Значит, ты считаешь, что нужно искать третью сторону? Кого-то, кто станет нашим щитом?

— Может быть, — неопределённо ответил я. — Или комбинировать варианты. Простых решений не существует.

— А четвёртый вариант? — вдруг спросил Дарс. — Ты сказал «несколько».

— Четвёртый… — помолчал я. — Самый радикальный. Заявить о гирпойдах и всех заражённых, после чего сдаться властям. Признать вину, но представить доказательства того, что мы не особо виноваты в ней. Возможно, удастся договориться о снисхождении.

— Это самоубийство, — резко возразил Дарс. — Нас просто казнят. За убийство агентов, за использование запрещённых технологий, за терроризм — да у них хватит обвинений на пожизненное.

— Возможно, — согласился я. — Но это единственный вариант, который даёт хоть какой-то шанс на легальное существование в будущем. Все остальные обрекают нас на жизнь в бегах.

Воцарилась тишина. Дарс смотрел в иллюминатор, обдумывая услышанное.

— Знаешь, что меня больше всего беспокоит? — наконец проговорил он. — То, что у нас мало времени на раздумья. Чем дольше мы тянем, тем уже становится коридор возможностей.

— Полностью согласен с тобой. Поэтому нужно принять решение быстро. И главное — нужно убедить Кадара. Без его согласия и контроля над гипройдами мы просто беглецы. А с ним — у нас есть хоть какие-то козыри на руках.

— Думаешь, он послушает? — усомнился Дарс. — Он кажется убеждённым в своей правоте.

— Придётся его убедить, — согласился и направился следом за Кадаром. — Поговорю с ним. Попытаюсь достучаться до его благоразумия, если оно у него ещё осталось.

Каюта Кадара находилась в конце коридора. Постучав, дождался приглашения войти. Старик сидел за небольшим столом, перед ним светился экран портативного терминала. Судя по его виду, он был погружён в какие-то расчёты или планирование.