Книга На границе империй. Том 10. Часть 13, страница 41 – INDIGO

— А почему вы решили, что я смогу это успешно осуществить? Я никогда в жизни не штурмовал укреплённые тюрьмы и не представляю даже приблизительно, как это должно делаться. У меня совершенно другой набор талантов и способностей.

— Знаю я досконально обо всех твоих многочисленных талантах. Это официальное предсказание имперского псиона. Именно ты сможешь благополучно вернуть её назад в империю.

— Вот сука… — произнёс почти беззвучно, едва шевеля губами, но император меня отчётливо услышал и, мало того, прекрасно понял, о ком конкретно это я.

— Думаешь, я в неописуемом восторге от такого неожиданного предсказания? — спросил он.

— А что конкретно за предсказание было озвучено?

— А вот сам внимательно послушай запись, — и он запустил голографическую запись.

Самого имперского псиона на записи не было видно в кадре, камера демонстрировала исключительно императора в его рабочем кабинете.

— Ей угрожает непроглядная чернота, — произнёс тяжёлый монотонный, заунывный голос.

— Чернота? — озадаченно переспросил император.

— Да, смертельная опасность будет неразрывно связана с чернотой, — вновь прозвучал тяжёлый заунывный голос провидца.

— Она погибнет в результате?

— Нет, выживет.

— Кто или что конкретно может ей помочь избежать гибели?

— Дикий.

— Дикий? — недоумённо переспросил император, заметно поморщившись от неприятия.

— Да, именно так. Он неожиданно появится на одной из отдалённых планет периферии.

— Да каждый день тысячи диких появляются на дальних планетах империи, как мне достоверно опознать именно его?

— У него редкий талант.

— Какой именно талант?

— Мошенника высшего разряда.

— Да с такими сомнительными талантами там многие тысячи появляются? Как более точно опознать именно его среди толпы?

— Это всё, что я отчётливо вижу в потоках времени, — на этом архивная запись оборвалась.

— Ну вот видите, я же говорил — это явная ошибка, и псион в этом месте серьёзно глюканул, а я всегда честно служил Аратанской империи, — заявил ему, сделав при этом совершенно честное лицо, но, увидев, как он на меня скептически посмотрел, добавил: — Меня финансовый контроль многократно проверял с пристрастием, я кристально чист, ни одного лишнего креда никогда себе не присвоил.

— Он мне ещё начинает рассказывать сказки, — с усмешкой ответил император, — Да у меня и без тебя таких талантливых сказочников полный императорский дворец.

— Но меня проверял финансовый контроль неоднократно и ничего предосудительного не обнаружили? — не собирался я сдаваться, видя, что он в хорошем настроении.

— Вот кому ты это пытаешься рассказывать? Ты аварский военный флот умудрился обокрасть больше чем на сотню миллионов кредитов. Да такое раньше никому не удавалось провернуть, и он ещё смеет утверждать, что у него отсутствует талант гениального мошенника. Ты умудрился удивить даже главу дипломатического корпуса, который уже больше ста лет на службе, и его вообще крайне сложно чем-либо по-настоящему удивить, но он был искренне поражён, узнав, какую проблему ему предстоит деликатно улаживать.

— Я не совсем понял про черноту? Какая конкретно чернота ей угрожает? — решил срулить с этой весьма щекотливой темы, поняв, что император в курсе всех моих дел.

— Поначалу мы предположили, что это неизвестная смертельная болезнь, но, как впоследствии оказалось, имелся в виду аварский посол, — ответил император.